Люфтваффельники

Те, выскакивали из кабинок туалетов, фактически еще со спущенными штанами, освобождая насиженное место для следующих. Импровизированный конвейер работал слаженно и чётко, радуя глаз своей отлаженной функциональностью и трудовой дисциплиной, пока Витя Копыто не принёс страшную весть.

— Дальний туалет засрали! Воды в бачках нет, а они гадят и гадят! Не могли на улице под кустиком, да с лопушком, комфорт им подавай?! Надо «стартер» искать, пробивать придется.

Дежурный по роте Филин (фамилия у него такая) принёс ещё более угрожающую новость.

— Эти. . разворовали все подшивки газет из «ленинской комнаты».

Люди старшего поколения меня поняли. Все мемуары вождя мирового пролетариата, а так же, все мудрые и своевременные постановления любимой партии и мудрого правительства пошли на гигиеническое обслуживание обтирочных поверхностей уставших бойцов. Учитывая, что туалетной бумаги в армии никогда не было, нет, и не будет, к бабке не ходи, использование нетленного наследия великого Ленина и прочих общепризнанных классиков теории коммунизма для протирки анальных поверхностей — это уже было ЧП политического масштаба.

Потеря периодической печати типа «Правда», «Красная звезда», «Политический вестник», «Трезвость и культура» и прочее — это равносильно измене, предательству Родины. Пипец, приехали!

При таком раскладе, в наряде можно было провести всю оставшуюся жизнь, состариться вплоть до увольнения через 25 лет безупречной службы в запас. Однако, нерадостная перспектива.

В очках, фекальные массы прочно спрессовались с идеями марксизма-ленинизма, и сантехническая система казармы прекратила своё функционирование. Совсем прекратила, тоесть абсолютно перестала работать.

Наступил сантехнический коллапс.

Надо было срочно спасать положение. Пока курсант Филин бегал, искал «стартёр» — устройство для устранения засоров в канализационной системе, по конструкции очень простое, но надёжное и эффективное, как любое гениальное русское изобретение, Витя и Лёлик оттесняли от забитого туалета негодующую толпу страждущих облегчения. Я в это время, используя всю свою силушку (спасибо папе с мамой) толстенной проволокой заматывал ушки замка в двери туалета.

Рокот возмущения и недовольства докатился до канцелярии, двери открылись, вышел командир роты Володя Нахрен.

Естественно, фамилия у него была абсолютно другая, но она ему так не подходила, как эта. Ну не отражала его родная фамилия всю сущность данного человека, и всё тут.

— Ну, что за шум?! — тоном утомлённого интеллигента спросил ротный.

Выслушав многочисленные претензии ребят по поводу закрытия туалета, ротный решил выступить в роли поборника справедливости — так сказать, отца родного, и выступил.

— Открывай, — получил я команду.