Люфтваффельники

— Чтобы не сбежал?

Комендант в очередной раз нацепил на нос очки и внимательно посмотрел на Костю. Тот мгновенно заткнулся и непроизвольно съежился под колючим взглядом угрюмого вояки.

— …чтобы родственники убитых его не порвали… Много людей на процесс приехало, почти со всей страны. Поэтому, необходимо внятно обеспечить «эффект присутствия» и в случае чего, упаси господи, сдержать толпу, пока конвой эвакуирует подсудимого в безопасное место. Мда…, на старости лет, факт самосуда и суд Линча мне, на хер, не нужен, все понятно?!

Нам было все понятно. Пришли в зал суда, благо в этом же здании, только вход с другой стороны.

Людей на удивление много. Мужчины и женщины предпочтительно пожилого возраста. Мужики все мрачные, сидят с мраморными лицами. У женщин глаза на мокром месте. Есть и молодые женщины, не намного старше нас с Костей. Лица чернее черного, аж природная красота поблекла. В зале явно попахивает валерьянкой. Атмосфера тяжелая…

Тюремный конвой ведет обвиняемого… Оп-па?! После инструктажа у коменданта ожидал увидеть огромного монстра с внешностью брутального австралопитека, с кулаками как пудовые гири, а в зал вводят маленького и сухонького парнишку.

Шейка тоненькая, ушки оттопыренные, но спина ровная, взгляд прямой… спокойный, походка уверенная. Вот никогда бы не подумал… Маньяк-убийца?!

— Встать, суд идет!

…и началась занудная тягомотина. Начальник конвоя поставил нас с Костей у входной двери. Стоим недвижимыми столбами с «калашами» за спиной — не намного лучше, чем на калитке в караулке… там хоть на свежем воздухе.

От самого судебного заседания впечатлений фактически не осталось — гневные речи прокурора, сбивчивые показания свидетелей, эмоциональные реплики из зала, плачь женщин, обмороки… короче, дурдом! Брррр!!! Спасибо юношеской психике, которая старательно подтерла мою память, удаляя особо негативные моменты…

Наконец судья объявил перерыв.

Конвой вывел подсудимого в специальную комнату, мы потащились следом. Парня посадили на скамейку, намертво прикрученную к полу, и приковали к ней же наручниками. Старший конвоя обратился к нам с Костиком.

— Пацаны, посмотрите за клиентом, мы хоть поссать сходим, да и покурить охота. Уши уже опухли.

— Лады.

— Вот вам «Ромашка» (убогая радиостанция), если чего, шумнете.

Ключ от наручников не оставим, от греха подальше. Не положено вас оставлять, да куда он на хрен денется. Если что, мы рядом.

— А если он в туалет попросится?

— Обойдется! Пусть в штаны ссыт, ублюдок, его проблемы. Мы вернемся тогда и выведем.

Конвой вышел из комнаты, закрыв входную дверь на ключ и заперев нас вместе с убийцей. Мы с Костиком непроизвольно напряглись. Я сел на подоконник у зарешеченного окна и положил автомат себе на колени, «Ромашку» кинул на подоконник.