Люфтваффельники

— Здравствуйте, удачный вечерок, не правда ли?! — голос его, по словам сестры, звучал словно музыка.

— Мммм, — попыталась ответить Лена, а в голове её проносились возможные варианты развития событий, от самых кошмарных и неприемлемых, до более-менее «не очень».

— Вам куда? — вежливо поинтересовался молодой человек.

— На Березняковскую, — пролепетала сестрёнка, что являлось чистосердечной правдой.

— Будьте любезны, садитесь мне на спину. Я подвезу, — улыбка не сходила с приятного лица ночного незнакомца.

«Наверное, в дурдоме день массового побега, а я новости по радио не слушала, только музыку», — подумала сестрёнка и попыталась вежливо отказаться.

Отказ не очень удивил голого доброжелателя. Не переставая улыбаться, он разомкнул руки у себя за спиной, и Лена увидела холодный блеск лезвия ножа перед своим лицом.

— Пожалуйста, садитесь. Мне не трудно. Да, и по пути! — с подкупающей настойчивостью предложил «Аполлон».

Учитывая все убедительные аргументы в пользу неожиданной поездки, Лена задрав модную узкую юбку, идеально облегавшую её крутые бёдра, полезла на спину полуночному скакуну. Повесив дамскую сумочку себе на шею, Лена сцепила свои руки на мускулистой груди незнакомца.

Тот обхватил своими руками её роскошные стройные ноги, подпрыгивая и цокая языком в такт галопа, поскакал по ночному Киеву."

"Лена, умирая от страха, думала только об одном — как всё это происходящее действо, смотрится со стороны. А действительно?! По ночному городу, по нагретому за летний солнечный день асфальту, под романтичным звёздным небом, по набережной Днепра, несётся удалой жеребец-красавец. Его хорошо развитые рельефные мышцы перекатываются под загорелой кожей.

Ну, точно — мечта любой, даже самой привередливой капризули. И такой красавчик гарцует абсолютно голый, шлепая босыми ногами по асфальту, с перепуганной ношей на спине, у которой юбка задрана до трусов и дамская сумочка, переброшенная через шею, подпрыгивает и бьёт по спине, строго в такт галопа.

— Какой подъезд? — прохрипел взмыленный конь, приближаясь к нужному дому, тяжело переводя дыхание.

Путь был неблизкий, а сестрёнка — лакомый кусочек, поймите правильно, кровь с молоком, настоящая хохлушка: возьмёшь в руки — маешь вещь! Короче, заморился коник.

— Третий, — пролепетала наездница.

Скакун послушно прогарцевал до парадной, аккуратно ссадил ошалевшего жокея на ступеньки, вежливо поклонился, галантно поцеловал руку и убежал в темноту ночи. Только пятки сверкнули.

«Наверное, это я сошла с ума и сбежала из дурдома», — подумала Лена и, не дожидаясь лифта, опять задрав юбку, перескакивая через три ступеньки, взбежала на свой этаж. Забыв напрочь про ключи от квартиры в своей сумочке, она нажала на кнопку звонка.