Ло. Лётная школа

Ладно, чего мне париться? Женить меня местным красавицам не удастся по-любому. Прибежала девчушка лет десяти, уставилась на меня знакомыми темными глазами с живым интересом. Хозяйка велела ей ласково принести стакан лимонада.

— Ты чей, мой золотой? — она ненавязчиво взяла меня за локоток.

М-дя, пора держать ухо востро!

— Я старого Мартина знакомец. Того, что булочную держит на Центральной, — я сложила улыбку почтительно-тупо, насколько могла.

— А! Алинкин воздыхатель. Что ж, она девушка хорошая, — тетка закивала понятливо. И тут же: — только вертлявая слишком. Конечно, парням виднее, но я бы выбрала более спокойную и сговорчивую девицу.

Я окончательно сделала рот корытцем. Неназываемый! Нелегко в этом мире приходится неженатым парням. Необходимый мне аромат был рядом. Буквально в трех шагах. Кусты цветущей сирени и смородины в саду перекрывали.

— А там че? — махнула я в нужную сторону.

— Интересно тебе? — серьезная тетя оживилась.

Девочка принесла лимонад в тонком, голубоватого стекла высоком бокале, сделала смущенно книксен, отдавая. Я нагнула голову в благодарности, принимая. Девчонка прыснула. Я сделала глоток. Терпко, ледяно и сладко. Взрослая женщина сказала:

— Ну пойдем, посмотрим, — сунула по-хозяйски руку мне под локоть и повела.

Кей-Мерер стоял в центре милой зеленой лужайки. Сердце мое сжалось сразу и в ноль. Босиком, в одних штанах, плечо кровит неприятным черным пятном. На голове грязный мешок, и цепочка идет от шеи к запястьям и голым щиколоткам. Рядом развалился в белом плетеном кресле какой-то мутный гад. Сапоги командира на его мерзких ногах в измазанных лосинах я узнала. Серо-синяя венгерка в шнурах и засаленном позументе шибала в мой чуткий нос застарелым потом и недавним порохом. Никакой экзотики, вроде хомо верус. Нормальная сволочь.

— Бабуля, бабуля, давай его купим!

— Мамочка, ну пожалуйста! Давай купим этого несчастного!

Душ десять, или даже одиннадцать, я не успела сосчитать точно, ринулись к моей спутнице. Все прелестные барышни в белом, разном и кружевном. Взметнули к синим небесам нежное облако невинности.

Комэск втянул голову в плечи и попытался сделаться ниже, меньше, короче. Словно хотел под землю уйти. Врасти в плотный зеленый газон.

Вдруг осенило: он ничегошеньки не понимает, бедный. Местной речи не знает, не видит в своем мешке ни грамма. Кто эти люди, почему орут? Для бедолаги командира темнота полная.

— Купи, купи! — звенело кругом морем колокольчиков. — Мама, бабушка, купи!

Тут нехрупкая мадам выдвинула меня вперед. И сразу стало тихо, словно тумблер переключился.

— А вот таких славных ребят находит ваша подружка Алинка, — отрекомендовала меня мать семейства, — бесплатно, между прочим! И заодно не настолько огромных и бесполезных, как этот в мешке.