Логово

Оно не было таким же теплым, как силуэты стоящих рядом с ним людей, которые сначала попали в поле его зрения. Но явно выделялось на холодном синем фоне, среди фиолетовых контуров голых сосен.

Размытая клякса желто-зеленого цвета медленно ползла по опушке. Впрочем, не медленно. Так казалось только из-за расстояния. Со скоростью идущего человека она «ползла», а то и быстрее.

Ее размер можно было оценить, сопоставив с деревьями. Сосны, посаженные явно в середине прошлого века, смотрелись рядом с ней как декоративные елочки.

Николай даже на секунду подумал, что это был какой-то аппарат, типа вездехода. Но нет. Ни одна машина не могла иметь таких очертаний. Перед его глазами, метрах в шестистах (всего!) от них колыхалось явно живое, дышащее и, наверное, голодное, создание.

Существо остановилось и издало вой – сочетание низких и высоких тонов, наполовину рев, наполовину визг. Негромкий, но заставивший их непроизвольно зажать уши. Воздух вибрировал, и дурнота разливалась в желудке.

«Много низких частот. А как, интересно, действует этот инфразвук на тех, кто рядом? Тому, кто окажется на пути у этого нечто, не позавидуешь».

– Вот говорили, что Россия – родина слонов. А я не верил… – Даже в такой обстановке полковник был способен на шутки.

– Не похож на слона. Я вообще не пойму, что это за дрянь. – Токарев был явно напуган, чего Малютин за ним до этого не замечал.

Да и у него самого мурашки забегали.

«Что же это? Мастодонт? Медведь-переросток? Вылезший на сушу спрут? Огромная амеба?»

– Интересно, это самец или самка? – ни к кому не обращаясь, произнес Якут. За спиной у него висела снайперская винтовка Драгунова.

– Не удивлюсь, если оно гермафродит или вообще неспособно к размножению.

– И слава богу. – Якут демонстративно перекрестился.

– Неспособно? Бедняга. – Токарев опять забрал себе бинокль.

«Кто знает, – подумал Малютин, – сколько существ, не похожих ни на что, бродит, плавает, летает и ползает на пространстве от Атлантического и до Тихого океанов. Существующих в одном экземпляре и не имеющих себе пары. У тех, кого мы уже видели, судя по всему, было нормальное половое размножение и половой диморфизм. Но это что-то совсем иное… Те «демоны», «псы» и «упыри», о которых они рассказывали, – часть земной природы, хоть и изуродованной. Устоявшиеся, сформировавшиеся виды. А тут вообще что-то другое, чуждое…»

Пятно не было застывшим. Казалось, что оно меняло форму, сокращалось и раздувалось. Вокруг него шевелились и пульсировали отростки. «Щупальца? Псевдоподии?» В траве и земле за ним оставалась слабо светящаяся в инфракрасном спектре борозда. След медленно остывал и становился зеленым и синим.

– Оно сюда ползет.

– Подойдет на двести метров – замочим его, – сказал Токарев.