Логово

Обычно полупустая или совсем пустая, сейчас большая комната была полна народа.

Из колонок доносились теперь смешные слова песни Газманова: «…и ноздрями землю вберу»."

"Экран широкоформатного телевизора на противоположной стене светился, но звук был приглушен. Обычно жители поселка смотрели здесь старые комедии или советские мультики типа «Ежика в тумане» или «Карлсона». Реже – диснеевские мультики и голливудские семейные комедии. И совсем-совсем редко – боевики. А уж за любой фильм, так или иначе связанный с темой конца света – даже за «Терминатора» или «Сталкера» Тарковского, – могли если не морду набить, то как минимум обложить нехорошими словами.

Вот и сейчас на экране сменяли друг друга герои «Операции Ы».

Слышен был перестук шашек или шахмат. Это было одно из немудреных развлечений, которое у них еще оставалось с прошлой жизни. Большей популярностью у мужчин Мирного пользовался разве что «подкидной дурак». А сколько тонн кроссвордов они разгадали, сколько колод истрепали до дыр, – кто теперь смог бы посчитать? Но уже примерно на пятом году заточения их накрыла такая волна отупения, что даже примитивные сканворды, рассчитанные на среднего ума пассажира поезда, стали для них сложны.

Карты держались чуть дольше, но тоже вскоре опостылели.

Но сегодня, собравшись вместе, они не просто сидели, а чем-то пытались наполнить досуг.

Даже дед Михал-Михалыч, который уже на момент войны был пенсионером, пришел и теперь, шамкая беззубым ртом, что-то рассказывал Марии Федоровне, самой старой жительнице поселка, которая, впрочем, была лет на десять его младше. Им было что обсудить, хотя проблемы с зубами, спиной и суставами замучали тут не только их.

Малютин сам иногда чувствовал, как в позвоночнике «простреливает», а вчера болевой синдром настиг его в самый неподходящий момент.

Стоило бывшему ученому выйти на середину комнаты, как его заметили. Все головы, словно по команде, сразу повернулись в его сторону. Похоже, жуткие события вторника уже успели стать общим достоянием, а может, и обрасти подробностями, которых на самом деле и не было.

Аплодисментами его, конечно, не встречали, но уже от того, что все взгляды устремлены на него, Малютину стало малость неудобно.

– Здрасти-здрасти, – поклонился он с сарказмом, пожал несколько протянутых рук, махнул приветственно остальным и пошел дальше, не задерживаясь больше ни с кем.

Люди мало-помалу вернулись к своим делам, а он направился к тому столу, где сидели отдельно от других три человека.

Двое из них были пришлые. И на них все косились со смесью уважения и страха.

Солдаты, которые за ним пришли, были в полевой форме – старой, в какой еще в Чечне воевали (вроде бы в 2014 году собирались переодевать армию в новую, но война, похоже, решила не ждать).