Лорд-разбойник

По его знаку дуэлянты отсалютовали друг другу шпагами, и бой начался. Никто из присутствовавших не сомневался, что он закончится смертью одного из противников.

Они медленно сближались, словно изучая друг друга.

— Даже если вы одержите надо мной победу, дядя, вы не вернете себе титул. — Люк делал обманные движения то влево, то вправо, наблюдая за реакцией Нокса. — Герцогу Оукширу известно все о ваших преступлениях, как и принцу-регенту. Если позволить вам остаться безнаказанным, это может вдохновить и других младших братьев.

Нокс сначала защищался, а потом сделал низкий выпад.

— Если я не выиграю от этой победы, то и ты тоже. Воровство — не самый лучший пример для молодых. Что скажешь, Святой?

Нокс, очевидно, хотел этим обвинением разозлить Люка — чтобы тот допустил ошибку, но Люк его разочаровал. Выждав момент, он нанес удар, заставив Нокса отступить.

— Кто из нас больше виноват? — усмехнулся Люк. — Вор или убийца, по вине которого вор стал вором? — Он пристально наблюдал за противником и вовремя отбил очередной выпад.

— Значит, ты признаешь свою вину? — спросил Нокс, чуть отступив.

Люк отрицательно покачал головой:

— Я ничего не признаю. — Двигаясь по кругу, он делал обманные выпады, явно нервировавшие Нокса. — Однако не пристало человеку, хладнокровно убившему своего брата и оставившему его жену и ребенка погибать в огне, вдруг проявлять интерес к тому, как этому ребенку удалось выжить.

— К черту брата… — Нокс уже тяжело дышал, и пот градом катился по его лицу. Он попытался сделать еще один выпад, на этот раз целясь Люку в горло.

Люк без труда отбил выпад Нокса.

— Дядюшка, вам так хочется меня ранить? — спросил он с улыбкой.

— Я тебя не только раню! — Нокс отступил на шаг, а потом в бешенстве бросился на племянника. — Я трудился больше двадцати лет, чтобы сделать имя Хардвиков и их богатство таким, какими они стали теперь. И я не позволю выскочке и вору все разрушить! Ты недостоин титула!

С этими словами Нокс направил острие шпаги прямо в грудь Люка; он был полон решимости убить человека, унизившего его. Но Люк ловко уклонился от удара и в следующее мгновение проткнул шпагой грудь противника.

Нокс громко вскрикнул и, взглянув на расплывавшееся у него на груди кровавое пятно, упал на колени.

— Будьте вы прокляты, ты и твой отец… — прохрипел он, с ненавистью глядя на племянника.

Люк с невозмутимым видом вытащил шпагу из груди противника и проговорил:

— Ты сам себя проклял. Наконец-то мои отец и мать отомщены. Может, я и не достоин титула, но я буду защищать честь Хардвиков, пока жив. — Эти его слова прозвучали как клятва.

В это мгновение Нокс закрыл глаза и рухнул на землю. К нему тотчас же подбежал доктор.