Лорд Системы 22

— Тёмные эльфы не видят особой разницы между проходами. Да и смысл их различать, если они могут в любой момент поменять форму, окрас и габариты?

— И как же вы тогда не теряетесь в этом пространстве с концами? — удивляюсь я.

— Мы просто запоминаем расположение каждого прохода, а затем вносим в свою Карту Троп, — пожимает плечами Аркаэла.

— Карта Троп?

— Карта всех известных нам проходов, а также их расположение относительно друг друга. Едва ли не с младенчества каждый тёмный эльф зубрит её наизусть. И каждый год перечитывает, обновляя информацию о новых проходах, — рассказывает эльфийка, тронувшись с места.

Я отправляюсь вслед за ней. Мысленно делаю пометку о том, что гравитация здесь ощущается как-то неправильно.

Словно я не во всё том же мире Системы, а на какой-нибудь Луне. Стоит только прыгнуть, не прилагая особых усилий, и ты легко преодолеешь пять метров. Если не больше.

— А тут мило.

Сейчас я замечаю, что мы находимся то ли на огромной ветке, то ли на узкой тропинке. Образы сменяют друг друга, отчего точно сказать я не могу. Вообще, Косая Тропа, подобно живому организму, меняется каждый вздох.

Нечётко, но неуловимо.

То изменяются оттенки тех или иных огней, то искривляются тропы, ведущие от проходов куда-то… куда надо. В какой-то момент всё вокруг покрывается тёмной пеленой, а затем так же быстро расцветает калейдоскопом красок. Кажется, будто Косая Тропа дышит, подобно какому-то титаническому созданию.

Существу столь высокого порядка, что даже представить себе его невообразимо трудно.

А может, это всё очередная иллюзия и набор ассоциаций, не соответствующий действительности.

Что любопытно, хоть мы и шагаем по одной и той же тропе, но местоположение Аркаэлы меняется из раза в раз. То мы идём чуть ли не плечом к плечу, то девушка оказывается на несколько метров впереди, то сзади, то вообще идёт вверх ногами, как по потолку.

Или же это я иду по нему, и это именно меня Косая Тропа пытается то вытолкнуть, то скинуть, то выбросить в ближайший проход? Попробуй разбери!

— Косая Тропа никогда не находится в покое, — неожиданно рядом со мной мелькает Аркаэла, берёт меня под руку и ведёт в известном только ей направлении. — Поэтому в ней скрывается уйма опасностей.

Мы перепрыгиваем с тропинки на тропинку, и как раз вовремя.

Та дорожка, на которой мы стояли, просто берёт и искривляется в невероятной манере. Точно школьную линейку взяли и разломали на сотни осколков. Звучит едва различимый хлопок, и тропа исчезает с концами.

А ведь мы на ней стояли всего несколько мгновений назад…

Пока мы парим в пустоте, со стороны тропы походят на белоснежные нити, которые путаются на ветру и то и дело стремятся скрутиться в клубок.