Канарейка для Ястреба. Реальная Жизнь.

Затем другой обрезок воспоминаний. Я сижу на кровати, положив голову на колени Ивет, и чувствую, как она гладит меня по волосам так же, как в далеком детстве, тихонечко напевая колыбельную…

Мама поддерживает меня. Она немногословна. Раньше я не замечала особый отпечаток скорби в ее глазах. Сейчас я часто встречаюсь с подобным взглядом в зеркале, когда ловлю свое отражение.

Воспоминание исчезает.

Перевожу взгляд на обшарпанное здание ткацкой фабрики, виднеющееся вдали, где мать работает тьму лет.

Слышу, как звонит домашний телефон, не реагирую, пока в какой-то момент не надоедает назойливость звонящего. Свой мобильник я безнадежно сломала. Такое не починишь, он, как и его хозяйка, разлетелся на тысячи осколков, упав на мраморный пол чужого пентхауса.

Подхожу и на автомате отвечаю:

— Да."

"— Адель! Наконец-то дозвонилась! Куда ты пропала?! Почему не отвечаешь на звонки?! Все думала, что вы c Тайгером наконец-то дорвались до сладенького и времени на подругу нет… А потом увидела новости и… Как ты? — тревожный голос Луизы доносится до меня с трудом, словно я нахожусь под слоем воды.

Я разминаю шею рукой, слушая щебет подруги. Кости ломит.

— Телефон сломался. Не знаю, само собой получилось… — ровно отвечаю я.

Пауза длится недолго, и растерянная Лу спрашивает:

— С тобой все в порядке, Адель? Говоришь как чужая!

До меня доходят нотки растерянности и возмущения в голосе подруги, но я не особо реагирую. Лу замолкает, затем пытается завязать беседу:

— Я еду в Кембридж к Феликсу… и…Адель… почему ты все время молчишь?

— Я рада за тебя, Лу, — сухо отвечаю.

Я устала, хочу уже положить трубку, что кажется невыносимо тяжелой. Мне физически сложно ее удерживать в руке. Во всем теле волной накатывает разбитость и ломота…

— Это Ривз, да?! Адель… — пытается достучаться до меня подруга из прошлой жизни. — Не молчи! Поговори со мной! — донимает меня Лу.

Долгая пауза и растерянная Лу шепчет:

— Адель… Я не могла тебя найти, волновалась после того, как ты пропала! Я говорила с Феликсом… он мне кое-что сказал, просто мои подозрения его натолкнули на мысль. И… Я не верила, но… Он сказал, что быть такого не может… Но… Понимаешь, Адель, наши мажоры любят заключать пари, жестокие ставки и игры на девственниц! Суть в том, что девчонка должна сама просить переспать с ней. Адель, я не знаю, но, если Ривз…он чемпион, понимаешь, во всем. Он мог…

Дальше голос подруги доходит до моего сознания словно сквозь пелену. В ушах шумит, как будто я стою под водопадом. С каждым словом Лу становится все дальше от меня, я закрываюсь, потому что понимаю, что не в состоянии общаться ни с кем из своего прошлого.

Я не хочу ничего слышать.

Это слишком больно.

Любое напоминание — ржавый гвоздь, который вгоняют под ногти. Я и так изранена в кровь.