Ложь напрокат

Волноваться нельзя.

Сергей был предельно нежен и осторожен в выражениях. Может быть, потому, что плакал и толком не мог говорить? Наташка рыдала, уткнувшись в мое посудное полотенце. Я шмыгала носом и задирала лицо к потолку в надежде, что слезы останутся на своем месте.

Выяснив, что полотенце безнадежно мокрое, подруга рыдать прекратила. И постаралась сделать процесс переговоров управляемым.

– Вы сейчас по телефону все деньги проплачете! Или зарядка кончится, а связь нам жизненно необходима… Сергей, да будь же ты мужчиной. Тебе еще инструктаж проходить!

Он согласно кивнул, минут пять прощался с женой до вечера и выглядел придурком. Точнее – счастливым придурком. Меня это не очень устраивало. Необходимо было, чтобы он вник в ситуацию и не наделал глупостей. Удивительно! Только вчера уверял Листратова, что похороны не были инсценировкой, а сегодня его совершенно не волнует вопрос, кто и почему похоронен под именем Татьяны. Сидеть и бессмысленно улыбаться он может долго. Пришлось его припугнуть:

– Вам обоим грозит опасность! Раньше воскресенья домой не возвращайтесь. Будете подъезжать к Москве, позвонишь.

Сергей сидел и радостно со всем соглашался.

– В квартиру без нас не входить. Вообще не вылезайте из машины без нас! Татьяна перекрасила волосы и сменила прическу не зря! – гаркнула я, и он перестал улыбаться. – По дороге пусть накрасится до отвращения к самой себе. Она не должна быть узнаваемой – это главное условие, ты понял?

Он сосредоточенно кивнул, но тут же опять разулыбался. Наташка выразительно покрутила пальцем у виска. Наивный человек! Наверняка уверен, что его присутствие может оградить жену от любой опасности.

Михаил Михайлович Курганов тоже имел глупость надеяться на свою всесильность. Надо менять тактику.

– Ты знаешь, кто захоронен под именем твоей жены? – строго спросила я.

– Никто, – беспечно проронил Сергей, глядя на меня с обожанием.

– Ошибаешься. – Мой голос набирал силу. – Там захоронена родная сестра твоей жены – Ольга. Они близнецы… Были близнецами. Ольга случайно спасла ее от неминуемой гибели. А она, между прочим, была на пятом месяце беременности…

Дурацкая улыбка окончательно сползла с лица Сергея. Думаю, надолго. Он попробовал привстать, сел, повторил попытку, утопил подбородок в ладони и сказал:

– Как же так?"

"– Танечка с Олей были разлучены с самого раннего детства. Мать не сочла нужным рассказывать об этом Татьяне. Возможно, боялась осуждения со стороны дочери за то, что смирилась с решением суда и отдала Ольгу отцу. Но мы не судьи и не знаем всех обстоятельств дела. Но не будем сейчас об этом. Покойная мама Танюши в конце концов разыскала Ольгу. А может быть, Ольга сама разыскала мать. Хотя это было очень сложно.