Ложь напрокат

Оля носила фамилию деда второй жены своего отца – Решетникова. Сложно вникнуть, но можно. В моих рассуждениях отсутствует одно звено, но я надеюсь его не сегодня – так завтра получить. А пока помолчу на эту тему. Ты знаешь, что Танина мать завещала квартиру Решетниковой Ольге Юрьевне? Вам бы опомниться и выяснить досконально все сведения об этой женщине. Возможно, и предотвратили бы трагедию. Вы ограничились тем, что смотались пару раз и постояли у дверей пустующей квартиры. Но если человек в ней не только не живет, но и вообще не появляется, значит, на то есть причины? Они давали ключ к разгадке… Очевидно, решение о завещании в пользу Ольги далось Анастасии Владимировне с трудом. Сама она с раннего детства воспитывалась в детдоме. Потом, казалось, судьба ей улыбнулась – вышла замуж за любимого человека, зажила счастливой семейной жизнью. Но тут же – бац! – столкнулась с подлостью и жестокостью. С той поры так и жила по стойке «смирно». Ожидала подвоха везде и всюду… Кроме того, боюсь, что Ольга провела не один год в заключении. За совершение тяжкого преступления. Это обстоятельство, а также то, что Оля воспитывалась в семье беспринципных, циничных людей, не могло не насторожить Анастасию. В то же время она чувствовала себя очень виноватой перед дочерью, которую лишила своей любви и защиты. Перед смертью она завещала квартиру Ольге, зная, что той негде жить, а следовательно, некуда вернуться после отбывания наказания. Осознание того факта, что ее ждут, ей верят, должно было послужить стимулом к возвращению дочери на правильный путь. Верила ли мать в ее невиновность? Трудно сказать… Наверняка успокаивала себя тем, что завещание в любой момент можно отменить. До момента возвращения Оли, да и потом… Есть приличный запас времени, значит, будет возможность спокойно во всем разобраться. Танюшке о своих терзаниях она не говорит. Та, добрая душа, узнав о сестре, последнюю рубашку с себя сняла бы.

Подозреваю, что и Ольга не знала о существовании Татьяны. Осторожная Анастасия Владимировна решает уберечь Танечку от возможного шантажа и других неприятностей со стороны сестры, надеясь, что время и она сама расставят все по своим местам. Поделиться своими переживаниями Анастасии Владимировне не с кем. Постоянные душевные терзания, комплекс вины то перед одной, то перед другой дочерью сводят ее в могилу. Она так и не успела сообщить дочерям правду о существовании друг друга. Хотя и пыталась… Татьяна рассказывала, что перед смертью мама очень волновалась и все твердила: «Оле, оле…» – клич футбольных фанатов. Это не клич. Бедная женщина, понимая, что умирает, старалась исправить свою ошибку. Просто губы уже не слушались, и удалось произнести: «Оле, Оле…» вместо фразы: «Помоги своей сестре Оле».