Ложь напрокат

Свои у нее не задерживались и быстро становились «бывшими». Любвеобильная Галка, обзаведясь новым супругом, моментально встречала «последнюю любовь» и мастерски разбивала свою и чужую семью, ухитряясь при этом стать лучшей подругой обманутой и покинутой жены нового мужа. Взывать к ее совести было занятием бесполезным. Вместо совести у нее были инстинкты.

Галка одно время была пациенткой онкологической клиники, где работала Наталья. Ей повезло. В процессе обследования страшный диагноз не подтвердился, и она буквально с цепи сорвалась. Жизнь в ней забила фонтаном. Выписываясь из клиники, она прихватила с собой лечащего врача Ростовцева. Наташке, истинному борцу за справедливость, стало по-человечески жаль кардиолога Ростовцеву и их несовершеннолетнюю дочь. С помощью виртуозных стратегических и тактических ухищрений Натальи доктор Ростовцев очнулся и вернулся в семью. Возвращение блудного мужа и отца было встречено с христианским пониманием и смирением. Опять-таки с помощью подруги. Наташка, вовремя подсуетившись, обменяла кандидатуру Ростовцева на кандидата медицинских наук Свистухина, от которого за неделю до описываемых событий окончательно ушла жена. Не то в третий, не то в шестой раз. Галка, как ни странно, до сих пор благодарна Наталье за рокировку. Хотя сам Свистухин через месяц вернулся к бывшей жене. Больше, как говорится, они не расставались."

"Время от времени Галка заявлялась в кабинет ЭКГ, умоляя Наталью сделать электрокардиограмму очередному «редкой души» человеку. Как-то незаметно набилась в приятельницы и мне, дав пару искренних и дельных советов в плане семейного счастья. В ответ я считала своим долгом консультировать ее в плане выбора рыбных деликатесов к очередной свадьбе.

Эта самая Галка, прикатив в один из мартовских вечеров к Наталье домой, тепло поздравила ее с днем рождения, который у подруги, если верить паспортным данным, приходился на июль. Поняв свою оплошность, Галка задорно расхохоталась и, махнув пару раз подолом платья перед носом ошалевшей боксерихи Деньки (больше не перед кем, а боксериха была принята за боксера), усвистала.

Взяв с нас честное слово прибыть через две недели к ней на новоселье. Дней через десять последовал контрольный звонок с напоминанием о данном нами обещании. Наши мужья отказались от визита категорически. Димка демонстративно пошел мыть руки, посоветовав нам тщательнее выбирать знакомых. Борис был более несдержан: «Чтобы ее ноги не было в моем, то есть нашем, доме!» – Имелась в виду Галкина нога. Ну а тащить с собой детей мы и не собирались.