Ложь напрокат

В результате ноги не выдержали нагрузки, и Наталья весомо шлепнулась рядом. Тут прыснула и я.

Раздавшийся с воли густой бас поинтересовался:

– Сидите?

– Сидим, – хором, сквозь смех ответили мы, и это было истинной правдой.

– Ну сидите, сидите пока. Сейчас освободим…

И освобождение пришло. Кабина, вздрогнув, поехала, зато погас свет. Как только открылись двери, мы подхватили сумки и мигом вылетели из лифта.

– Э! – раздался возмущенный бас механика. – Вы че там хулиганите!

– Не виноватые мы! – радостно проорала Наташка. – Он сам взбрыкнул и поехал! Кстати, мы там вам пол протерли!"

"В двести восьмой квартире открывать не торопились. После пятой попытки заявить о себе стало ясно: хозяев нет дома и нас не ждут. Призрак запотевшей литровой кружки с холодной водой стал навязчивым видением. Как мираж в пустыне. Звонок в соседнюю квартиру облегчения не принес. Там тоже никто не отозвался. Наталья решительно развернулась, прошла в другой конец коридорчика и позвонила в квартиру номер двести семь. Открыли нам сразу. В дверях, мило улыбаясь, стояла молодая женщина. Складная фигурка. Красивое лицо. А волосы… Боже мой, наверное, именно этот цвет имел в виду Голсуорси, когда описывал в «Саге о Форсайтах» волосы Элен – цвет осенней листвы. На щеках играли забавные ямочки. Светло-карие глаза смотрели ласково и доверчиво. Мы сразу же почувствовали себя зваными гостями. Не задавая вопросов, женщина предложила нам войти и посторонилась.

Причину нашего визита объясняли вдвоем. Перебивая друг друга. В конце концов я ухитрилась вклинить пару фраз о воде. Женщина охнула:

– Что же вы сразу не сказали, – выскочила на кухню и через секунду вернулась… с литровой запотевшей банкой.

Поллитра я точно маханула разом.

– Извините, что в банке, – смущенно сказала спасительница. – Только вчера вечером переехала. Вещи еще толком не распакованы. Да и посуду… – она замялась, потом весело махнула рукой: – А, на счастье! Муж перебил… – Лица у нас вытянулись. – Да нет, он не дебошир. Просто очень неловкий. Помогал упаковывать. Знаете, а давайте чайку попьем! Вы не торопитесь?

Мы не торопились. Точнее, уже не торопились. Сидя на полу с поджатыми под себя ногами в единственной комнате, по разным углам которой были навалены многочисленные коробки и тюки, чувствовали себя прекрасно. В ход пошли чудом уцелевшие чашки из подарочного сервиза. Ревизия показала, что тесного соседства не выдержали только два предмета: молочник и крышка от сахарницы. Татьяна, так звали хозяйку квартиры, достала из какой-то коробки собственную клюквенную настойку, пару упаковок с нарезкой. А мы вовремя вспомнили про торт. Праздничная часть пола была накрыта… Вот так мы и познакомились.