Ложные ценности, или Мое сердце в группе риска (Охота на мужа, или Заговор проказниц)

Когда он ко мне в последний раз на кофе заехал, то чуть было прямо на кухне не изнасиловал. Чудом отбилась и под предлогом того, что очень сильно куда-то тороплюсь, из квартиры его выперла. К телефону подходить перестала. Думала, может, он закончит звонить, так нет, он стал у моего дома на своей колымаге кругами ездить. Пришлось действовать его же методами. Найти того, кто оказал бы давление на него.

– Ну и что, нашла?"

"– Нашла. Больше я его не видела и не слышала.

Я слегка дернула плечиком и почувствовала, как Денис взял меня за руку.

– Ты что?

– Ничего. Я вижу, как сильно ты разнервничалась.

– Просто… Я не люблю об этом вспоминать. Ни этого мента, ни это районное отделение милиции…

Остановившись у кирпичной многоэтажки, Денис тяжело вздохнул и тихо сказал:

– Приехали.

А затем… Затем все происходило как в кошмарном сне. Чужая квартира… Молодая, перепуганная женщина… Мирно спящий ребенок… И ужасные слова, которые Денис произнес с таким трудом, что невозможно себе представить:

– Валентина, Виталика убили…

Страшный, пронзительный, душераздирающий крик, от которого остановилось сердце и застыла кровь в жилах… Плачущий ребенок… Любопытные соседи…

Мы уходили медленно, держась за руки, стараясь не смотреть отчаявшейся женщине в глаза.

Денис шел, словно в бреду, и шептал:

– Я устрою царские похороны. Я не пожалею никаких денег. Я поставлю ему такой памятник… У него будет самый лучший памятник…

– Да на кой ему теперь памятник? Ты лучше его семье помоги. Живым помощь нужна, а не мертвым.

– Я все сделаю. Я все сделаю, что в моих силах, – кивал Денис.

Мы и сами не поняли, как очутились в ночном баре. Сели за столик, заказали виски со льдом.

Без спиртного сейчас было просто нельзя. Спиртное действовало как бальзам на раскаленные нервы. Я пристально смотрела на зажженную свечу, стоящую в красивом кованом подсвечнике, и не могла отвести взгляд в сторону. Я всегда любила смотреть на огонь, потому что в нем было что-то мифическое, далекое и таинственное.

– Может, ты есть хочешь? – спросил Денис.

– Ты что, шутишь?

– Да нет. Серьезно.

– Разве после того, что произошло, может быть аппетит?

– Я тоже сейчас есть не могу. Наверное, только завтра приду в норму.

– Ты кого-нибудь подозреваешь? – Я смотрела то на огонь, то на Дениса и никак не могла остановить свой блуждающий взгляд.

– В чем?

– Ну… Ты подозреваешь кого-нибудь, кто бы мог в тебя стрелять?

– Ума не приложу. На меня никогда раньше никто не покушался.

– А зачем ты тогда с охранником ходишь?

– Да так. Просто… – пожал плечами Денис.

– Просто так с охранниками не ходят.

– Да сейчас все с охраной ходят.

– Так уж и все?! У нас только десять процентов населения новые русские, а остальные девяносто старые. Вас в стране кот наплакал.