Лука (СИ)

— Я не пью чи… — на середине речи поперхнулась от его взгляда, говорившего, что он, итак, это знает без меня. И он сказал пить. Сегодня не хотелось с ним спорить, протянула руку и отпила чуть-чуть, морщась. Алкоголь окутал желудок, обжигая его и смешиваясь с остатками шампанского внутри, тут же опьяняя. Озноб стал проходить. — Кто это сделал?"

"— Люди, которые хотят меня убить. — спокойно ответил мой собеседник словно это была обыденность, продолжая рассматривать меня откровенно пошло, мысленно раздевая и, наверное, уже овладевая в этом же кожаном кресле. Мне стало жарко, хотя я была в футболке. А может я выдавала желаемое за действительное?

На нервной почве я пальцами отдирала кожу вокруг ногтей, что не укрылось от него. Лука цокнул осуждающе языком, и я прекратила, хватаясь за стакан и снова отпивая, чтобы успокоиться. На этот раз джин разлился приятным теплом.

— Не дрожи так, поешь и можешь ложиться спать.

— Я не хочу есть. — Лука проигнорировал меня, снова отпивая и потягиваясь. Он сидел вальяжно раскинувшись в этом чертовом кресле, прекрасно осознавая, что я чувствую и просто издевался надо мной своим невозмутимым спокойным видом.

В дверь постучали и Лука встал, чтобы впустить официанта, который принес еду: два дымящихся стейка с веточками розмарина и нарезки с прошутто, сыром и оливками.

Лука стянул рубашку, вешая ее на стул, демонстрируя свое идеальное тело, выкованное из стали. Татуировка покрывала часть его шеи, плечо и руку. При рассеянном свете, казалось, что она из титана, как в фантастическом фильме. Из-под спущенных джинс выглядывали белые трусы. И я снова застонала уже вслух, запивая чувство животного голода джина.

Лука отобрал у меня стакан.

— Я предложил тебе выпить, а не напиться.

— Ты сам пьешь виски из бутылки, как пиво. — буркнула я недовольно, как ребенок у которого отобрали игрушку. Лука словно испытывал меня, накалял, ждал, когда я сдамся. — Можно я пойду в душ?

— Нет, сначала ты поешь.

Я нехотя взяла приборы и приступила к мясу, невероятно восхитительному и ароматному, но несмотря на это, все равно мне не лез кусок в горло. После сегодняшних смертей кушать мясо не хотелось совсем, тем более под пристальным взглядом узурпатора, следившим за каждым моим движением.

— Я не могу больше. — сдалась я откладывая приборы, чувствуя себя маленьким ребенком под присмотром родителей, которого заставляли есть. Смотреть на Луку, выпившего половину бутылки виски спокойно, было невозможно.

— Можешь идти. — разрешил он, и я, как ошпаренная, выскочила, чтобы не находится в его присутствии. Алкоголь начинал действовать расслабляюще, отодвигая неприятные события и обостряя мои чувства в присутствии этого мужчины, чьё тело было идеальным.