Лунные драконы

Он решил, что с Полиной у него все получится, что она особенная, а она его подвела. Он избивал ее долго, вымещал на ней свою боль и свою ненависть, а потом заперся в ванной и не выходил очень долго, почти до самого утра. Полина не уходила – ждала. Нет, не извинений, а обещания. Полянский пообещал...

– Хорошо, с ребенком все ясно, – сказала Ядвига. – А как ты собираешься поступить с отцом ребенка?

– Никак. – Полина пожала плечами.

– Он имеет право знать.

– Ядвига, даже Света усомнилась в его отцовстве! Он мне не поверит.

– А ты попробуй. Не ради себя, ради ребенка. – Ядвига вздохнула.

 – Унижайся, проси прощения, на коленях ползай. Нельзя вот так просто...

Полина кивнула, сказала с невеселой усмешкой:

– А я уже просила, и на коленях ползала, и унижалась...

...Это случилось в тот день, когда Полина поняла, что беременна. Она поехала на конезавод к Степанычу.

– А Сережки нет. Взял Бурана и умчался куда-то. – Степаныч смотрел на нее с жалостью. – Посиди со мной, Поля, он скоро вернется.

– Спасибо, я пройдусь. Может, встречу его.

Полина брела по лесной дороге, когда услышала топот копыт. Буран, самый неуправляемый, самый своенравный из всего табуна, мчался прямо на нее.

Анабиоз, который позволил Полине как-то жить все это время, сделал ее бесстрашной. Если она сойдет с дороги, то потеряет единственный шанс поговорить с Сергеем.

Буран остановился в нескольких метрах от нее, с сердитым ржанием взвился на дыбы, загарцевал на узкой дороге.

– Что ты здесь делаешь? – Сергей не спешился, смотрел сверху вниз. Так смотрят на грязь, прилипшую к ботинкам.

– Пожалуйста, давай поговорим. – Ей было больно от этого взгляда. Ее анабиоз не спасал от его презрения и ненависти.

– Я не хочу с тобой разговаривать. Мне даже видеть тебя противно.

Он не станет ее слушать. Он скорее позволит Бурану смести ее с дороги.

– Сережа, мне ничего не нужно! – Буран нервно всхрапнул, но позволил взять себя за поводья. – Я тебя об одном прошу – не надо ломать себе жизнь. Поезжай в Москву, поступай в свой медицинский...

– О будущем моем печешься?! – Сергей выдернул поводья из ее рук, Буран угрожающе оскалил зубы. – Раньше об этом надо было думать, до того, как под моего старика ложиться. Я тебя тоже об одном прошу – исчезни!

Буран рванул вперед, задел ее крупом, сбил с ног.

Это было несправедливо, унизительно и больно. Она этого не заслужила. Слезы смешивались с пылью, стекали по лицу грязными ручейками. Если бы она знала, какие усилия понадобились Сергею лишь для того, чтобы не обернуться, то, возможно, не выбрала бы путь, по которому до нее прошли тысячи обиженных женщин, – не лишила ребенка отца...

* * *День был холодный и дождливый. Полина стояла на перроне рядом с Ядвигой и всматривалась в затянутое тучами небо. Рядом малодушно всхлипывала Света.