Лунный жаворонок

Они снова сыграли в защиту базы, и в этот раз она была в команде с Фитцем. В его глазах скользнула легкая зависть, когда она рассказала, что отслеживает мысли до точного расположения их обладателя. Она пыталась его научить, но его разум не справлялся, поэтому она сама выискивала Биану и Кифа, а потом передавала ему их местонахождение, чтобы он мог их запятнать. После всех своих уроков телепатии, на которых она передавала Фитцу мысли через всю школу, она настолько привыкла к ощущению его разума, что на поиске даже почти не приходилось сосредотачиваться.

Проиграв три игры подряд, Киф отказался играть без Софи в команде. Она согласилась поменяться, а затем передала Фитцу их расположение, чтобы проиграть и отвести от себя подозрения. Киф чуть не взорвался, когда Фитц в очередной раз его нашел, и весь остальной вечер ворчал что-то про заговоры. Софи так хохотала, что бока заболели. Она поверить не могла, что позволила своему страху целый месяц не давать ей веселиться.

Особенно учитывая, что Алден так и не попросил ее показать дневник. Они с Деллой обняли ее, сказали приходить почаще и на весь день исчезли по делам.

Хватит с нее вопросов. Хватит разнюхивать про всякие заговоры – хотя она и так не делала особых успехов. Она не хотела случайно вспомнить еще о чем-то и предпочитала неведение.

Что бы ни творилось, это были проблемы Совета, а не ее. Она больше не позволит страху взять верх.

Целый месяц она умудрилась не напрягаться и не волноваться, а потом дама Алина произнесла два самых ужасных слова: «выпускные экзамены».

До них оставался месяц. И даже если она все сдаст, все равно придется столкнуться с очередным трибуналом, на котором Совет – Бронте – навсегда решит ее будущее в Фоксфайре. Каждый раз при мысли об этом ее начинало тошнить.

С алхимией у нее до сих пор все было ужасно, но еще были проблемы с элементализмом и физкультурой – с теми предметами, где нужно было что-то делать, а не просто учить. Она до сих пор не научилась игнорировать ту часть разума, которая вопила, что левитировать невозможно, молнию нельзя поймать в банку, а закон сохранения массы – обоснованный научный принцип; в этом и заключалась основная проблема.

Декс уже несколько месяцев уламывал ее попробовать эликсир его собственного изобретения под названием «Вари башка». В нем содержался лимбиум – редкий минерал, который, по идее, должен был помочь прояснить голову. Она отказывалась, потому что все равно не смогла бы принимать его во время экзаменов, но, может, это было как научиться ездить на велосипеде. Для начала нужны были дополнительные колеса.