Князь. Война магов

 – Когда Влад Дракула после победы возвращался в столицу, бояре в темноте приняли его за турка, напали на его отряд, долго сражались и, окружив господаря, пронзили копьями, о чем, заметив ошибку, весьма сожалели. Обезумев от горя, скорбящие соотечественники отрубили голову мертвому правителю, законсервировали ее в меду и доставили в качестве трофея османскому султану.

– Это как? Почему? Ты чего-то перепутал, Андрей Васильевич! – чуть не хором возмутились холопы.

– А при чем тут я? – развел руками Андрей. – Так написано в венгерских летописях. Я просто пересказал.

Что до Трансильвании, то она перешла к Османской империи и поныне в ее владениях.

– Завсегда средь бояр хоть один предатель да окажется, – в сердцах ударил кулаком в ладонь дядька. – То с ляхами ворота открыть уговорятся, то татар тайными бродами проведут, то к ливонцам переметнутся!

– Не огорчайся так, Пахом, – усмехнулся Зверев. – Не переживай. Все равно Дракула долго бы не протянул. Сам подумай: ну сколько сможет протянуть правитель, которому нужно хоть иногда жить в столице, где церкви на каждом шагу, заседать на советах, встречаться с посланниками иных государей – а он на свет божий показаться не способен и от единственного случайного удара колокола помереть может?

– Дозволь слово молвить, княже! – оттолкнув дядьку, выпрямился перед Андреем светловолосый Изольд.

 – Колокол! Верно то, что звон колокольный вампиров убивает?

– Это я совершенно точно запомнил, – кивнул Зверев. – В память врезалось, что в кино вампиры креста боятся, а про звон ни разу не упоминается. На деле же все наоборот. На крест им плевать, внимания не обратят, а колокол убивает враз, как простых микробов.

"

"– Там, – холоп ткнул пальцем в сторону окна, – там церковь, я видел.

– Да-да, – подхватил Илья, – со звонницей из мореного дуба. Колокол наверху висит, точно.

– Церковь стоит, – согласился князь. – Только двери заколочены. А ты как мыслишь, Пахом?

– С одной стороны, Андрей Васильевич, нас они не ждут. Думают, мы взаперти сидеть станем, обороняться. Коли нежданно напасть, прорвемся наверняка. С другой… С другой, коли сидеть безвылазно, нас до утра всяко сожрут. Как весь свет погаснет, так и сожрут.

Выходит, хуже, чем здесь, все едино не станет.

– Тогда зажигай все лампады обратно, – решительно махнул рукой Зверев, – неси сюда. Вы, ребята, правое окно освободите, оно открыто. Стол к нему придвиньте, а поверх другой положите, вверх ножками. И скамьями снова закройте. Пусть думают, что мы свою баррикаду крепче составить пытаемся.

Холопы взялись за работу. После перестановки получилось, что нижняя перекладина, которая соединяет скрещенные ножки стола, встала всего на локоть выше окна.