Князь. Война магов

Андрей забрался на скамью, взялся руками за перекладину, примерился ногами вперед. Да, так будет удобно – с замаха сразу вылететь, а не выбираться, как сонный медведь из берлоги. Секунда – и ты снаружи.

– Ну что, готовы? Открывайте окно!

Илья и Изя рванули скамейки к себе. Князь увидел впереди, в черном проеме, отблески далеких факелов, ухватился покрепче за перекладину, чуть приподнялся, поджал ноги, качнулся на руках вперед и легко выпорхнул меж распахнутых створок. Секунда полета – он приземлился на утоптанный двор, едва не сбив с ног какого-то паренька. Тот открыл было рот – Зверев резко наклонился вперед, лбом разбивая ему нос и губы, отшатнулся, рванул саблю и снес захрипевшему вампиру голову.

Рядом гулко приземлился Пахом, тоже выхватил саблю.

– Смертные убегают! – закричал подворник, стоявший с факелом у крыльца. – В окно прыгают!

– Ворота перекрыть! – тут же послышался приказ боярина. – Не подпускать никого! Никита, полусотню на стены! Не дайте им уйти!

Двор пришел в движение – но на людей никто почему-то не нападал. Из окна выпрыгнул Изольд, Илья, встали плечом к плечу.

– За мной! – Андрей бросил взгляд на храм: колокольня составляла с церковью единое целое, отдельного входа не просматривалось.

Значит – нужно пробиваться через главный вход.

Несколько холопов Калединова бросились им наперерез. Князь вскинул саблю, и вурдалаки… отступили, покачивая изогнутыми обнаженными клинками.

– А-а, да вам же ранить нас нельзя, – со смехом вспомнил Андрей. – Вот и не суйтесь!

Люди заскочили на паперть, поднялись к двери, Пахом рванул ее к себе – заперто!

– Княже, княже! – испуганно воскликнул Илья.

Андрей оглянулся, и по спине побежал неприятный холодок: вампиры успели собраться в плотный строй и теперь быстро наступали, выставив перед собой громадные круглые щиты с начищенными до блеска медными умбонами.

Сверху выглядывали только глаза, снизу мелькали сапоги. Прорубиться сквозь эту стену было невозможно. Разве только кольнуть наугад поверху – но как раз уколов нежить не боялась. Вампиры подходили уже к самым ступеням храма, и Зверев отвернулся, подвинул дядьку:

– Не мешай!

Он наложил руки, зашептал заговор, развел ладони – и повалился вперед, в распахнувшиеся двери.

Следом влетели холопы, захлопнули створки, подперли плечами:

– Андрей Васильевич!

Князь пробежал по залу, схватил высокий медный подсвечник, вернулся, сунул между ручками, опять отбежал, подцепил и приволок тяжелый, укрытый парчой ящик, потом скамью, еще пару подсвечников, большую серебряную раку. Холопы, осторожно отступив от двери, начали помогать, и вскоре на входе в храм выросла внушительных размеров баррикада.

– Эй, князь! – позвали снаружи.

– А-а, Федот Владиславович? – отозвался Зверев.