Магнатъ

– Что ж, почему бы и нет? Организую в Сестрорецке небольшой турнир на выбывание, а победителя отправлю в Санкт-Петербург. На месяц.

– Два!

– Хм?.. Ну пусть будет два.

– О, погляди!

Вернув свое внимание арене, вернее – происходящему на ней, Александр был приятно удивлен: поручик лейб-гвардии Измайловского полка вместо решительной поступи передвигался не менее решительным бегом, вдобавок время от времени резко менял направление. Да и вообще, всячески пытался затруднить своему противнику прицельную стрельбу. И не только пытался, но и затруднял (правда, и себе тоже) – а сблизившись саженей на пять – семь, внезапно упал на одно колено и выдал просто великолепную серию.

– Два точно в сердце, еще два в корпус и пятым в низ маски! Надо бы узнать его фамилию…

– Николай Николаевич Шиллинг, взводный второй роты первого батальона. Что ж, для Измайловского полка еще есть надежда.

С удивлением поглядев на своего друга, Михаил склонил голову к плечу:

– Ты сегодня определенно не в духе. Неужели такие мелочи могут испортить твое настроение?

Вместо ответа князь сам задал вопрос:

– Помнишь, как ты недели с две назад пробовал стрелять из пулемета? Как, понравилась машинка?

– Ничего так.

Сын императора отошел от окна и с размаху плюхнулся на широкое кресло.

– Рад, что тебе понравилось. Вот представь: на тебя в полный рост, четкими шеренгами наступает вражеский батальон. А у тебя только собственноручно вырытый окоп, готовый к стрельбе БАС и двадцать набитых лент. Отступать нельзя, ведь за спиной… Ну скажем, лазарет, полный раненых бойцов и хорошеньких сестер милосердия.

Михаил набрал было воздуха в грудь, чтобы выдать уверенно-четкое «Да!», но остановился, задумался и, подозревая какой-то подвох, нерешительно уточнил:

– В полный рост? А на каком расстоянии я их замечу?

– Верста.

Подросток еще раз все хорошо обдумал, прикинул разные варианты и осторожно кивнул:

– Остановлю.

– Верно. А опытный пулеметчик не только остановит, но и нанесет такие потери, что от того батальона дай бог рота останется. Если же таких пулеметчиков будет двое, то и отделению за счастье выжить станет.

Михаил прекрасно понял, на что намекал его лучший друг, но все еще не понимал, с чего тот так сильно расстроился. Что и показал вопросительно-недоумевающей мимикой.

– Не понимаешь? Гвардейские полки традиционно считаются самыми боеспособными частями Русской императорской армии. Отступать гвардия не умеет, это верно. Но и правильно наступать – тоже. Случись война, такие вот командиры…

Агренев небрежно кивнул в сторону окна.