Магнатъ

– А вы кого бы посоветовали, Эдуард Дмитрич?"

"Под хохотки и шуточки господ офицеров, наперебой предлагающих свои варианты возможных целительниц, а потом и суету в начале арены, где готовилась показать всем присутствующим высший класс пара из поручика и штабс-капитана лейб-гвардии Измайловского полка, гостеприимный хозяин тихонечко ускользнул. Впрочем, все прекрасно видели, как перед этим к нему подошел один из служителей «Колизеума» и что-то шепнул, так что обид не было – мало ли кто мог пожаловать на огонек к князю Агреневу? Тем более что он уже успел прославиться своим гостеприимством для избранных – те же генералы и полковники, которых он трижды «принимал» на полигоне стрелковой школы в Ораниенбауме, отзывались о таких пикниках в самых превосходных выражениях.

Кстати, поговаривают, что скоро состоится еще один…

– Доброго дня, Александр Яковлевич!..

– Польщен оказанной мне честью, ваше императорское высочество.

Великий князь Михаил Александрович выразительно покосился на конвойных «атаманцев» и сопровождавшего его камергера, подкрепил взгляд властным жестом, после чего отошел немного в сторону, подальше от любопытных ушей.

– Не ожидал?!.. Признаться, сам удивлен, как легко папа́ меня отпустил!

– Я всегда рад тебя видеть, Миша. А насчет легкости – до меня дошел слух, что его императорское величество весьма благожелательно оценил… Как бишь там? Кажется, «веселые побегушки на свежем воздухе»?

Четырнадцатилетний (ну почти – до дня рождения два месяца осталось) великий князь поперхнулся, непроизвольно фыркнул, а потом все же не выдержал и тихонечко захихикал.

– Откуда только и знаешь? Чужих ведь на том обеде не было, только мама́, папа́, Никса, Георг и я.

– Думаю, это твой старший брат поделился столь деликатными подробностями с несколькими офицерами Преображенского полка.

Михаил резко прекратил смеяться, еще раз покосился на свиту и неожиданно серьезно спросил:

– Александэр, я не вовремя, да?

– Ты? Пфе!.. Не говори чушь. Просто я немного расстроен нашими бравыми гвардейцами. Пойдем, сам оценишь.

Дойдя в компании с «атаманцами» и камергером до небольшой трехэтажной башенки, очень удачно прикидывающейся древнерусской дозорной крепостцой, августейший подросток и сиятельный аристократ зашли внутрь.

Свита же в полном составе осталась снаружи – потому что те же «атаманцы» конвоя вполне доверяли гостеприимству хозяина, весьма памятному еще по Сестрорецку. Попробуй не запомни, когда и они, и фабричные сторожа одного и того же человека охраняли!.. А сторожа еще и внимательно приглядывались к любому, кто брал оружие в руки рядом с юным великим князем… В принципе очень правильное гостеприимство, казакам такое уж точно нравилось.