Магнатъ

Собственно, о случившемся напоминало лишь бурое пятно с весьма характерным запахом и небольшой пятачок изрядно потоптанного разнотравья. Но чтобы увидеть эти свидетельства, надо было четко знать, куда смотреть. Вернее, не так: для начала, требовалось отойти от рощицы примерно на сотню шагов, а вот потом уже и оглядываться…

– Добрый день, Владимир Васильевич.

Генерал-майор Евреинов, принявший на себя обязательства дуэльного распорядителя второго поединка, с интересом поглядел на князя Агренева, коий прилег недалеко от них в теньке на клетчатый плед. И не просто прилег, а внимательно и с явным интересом читал свежую утреннюю газету, время от времени отпивая из небольшой походной кружечки свежезаваренный чай. Словно бы приехал не на дуэль, а на небольшой загородный пикничок в приятной компании… Газета – ладно, но как он умудрился раздобыть горячий чай?!

– Добрый, Александр Александрович.

– Могу я узнать, как все произошло?

Немного помолчав, командир лейб-гвардии Семеновского полка лаконично обрисовал коллеге по нелегкому секундантскому ремеслу недавний поединок:

– Наш доверитель уложился в минуту и пятнадцать секунд. Вначале прошел его удар в запястье оружной руки, затем по правому колену и в завершение – шея.

Сняв фуражку, генерал-майор Евреинов благочестиво перекрестился:

– Царствие небесное штаб-ротмистру и вечный покой.

Вернул фуражку на место и деловито осведомился:

– Ранен ли князь?

– Нисколько. Собственно, он даже и запыхаться не успел.

– Прекрасно!

Понизив голос до интимного шепота, комполка с нотками раскаяния признался, что заключил небольшое пари на результат первой дуэли. Ничего серьезного, да и выигрыш принесет скорее моральное удовлетворение, нежели материальный результат – но все же, все же…

– Добрый день, ваше превосходительство!

На сияние генеральских регалий подтянулись и секунданты-«преображенцы», затем штабс-капитан Кашерининов и поручик Шиллинг почти одновременно шелкнули крышечками своих часов.

– М-да.

Покосившись на мирного сестрорецкого фабриканта, приступившего к чтению последнего разворота «Аргументов и фактов», граф Татищев с явным трудом удержался от соответствующего комментария. Вместо этого он глянул на дорогу, по которой вот-вот должны были прибыть его доверители, и поинтересовался вслух – обращаясь ко всем и ни к кому определенному разом:

– А мне вот интересно, господа… откуда это взялись такие необычные условия второй дуэли?..

Его надежды полностью оправдались, вот только ответили ему не генералы, а скромный поручик Измайловского полка:

– Из Нового Света. Там оскорбленный и его обидчик берут по винчестеру, небольшой запас патронов и заходят в лес – ну а там уж как Господь рассудит.