Маленькое счастье Клары

— Какой хороший доход приносило вашей семье разведение овец… — Хенни сжала кулачки и зло сказала: — А эта дрянная Гертруда, вместе со своей дочуркой, все спустили на ветер!

Что ж, нечто похожее я и предполагала. Оставшись хозяйкой богатого имения и успешного дела, вместо того, чтобы приумножить достаток, мачеха пустилась в неразумные траты. Теперь, их с дочерью мог спасти лишь выгодный брак, а я была помехой в этих меркантильных планах."

"— Да, все было бы иначе, если бы дядюшка и граф ван Роэльс не решили отправиться по делам торговли морем. Мне до сих пор не верится, что они погибли… — кузина вытерла слезы, и я поняла, что она очень любила отца Клары. — Ты скучаешь по нему?

— Очень, — я сжала ее ручку. — Постоянно вспоминаю его.

— И я, — всхлипнула Хенни. — Ты ведь знаешь, он был мне как отец.

В дверь постучали, и кузина сразу же поднялась.

— Войдите!

— Здравствуйте девушки, — в комнату вошел невысокий, полный мужчина с саквояжем и поставил его на стул. — Что случилось, Клара? Фрау Гертруда сказала, что ты ушиблась.

— Доктор Брэмер, она ударилась головой, — ответила за меня Хенни, и мужчина кивнул, доставая из кармашка сюртука очки.

— Сейчас посмотрим.

Он осмотрел мою шишку, заглянул в глаза, поводил перед ними пальцем и выпрямившись, спросил:

— Тошнота? Головокружение?

— Да. И то и другое, — ответила я и доктор Брэмер, ласково взглянул на меня из-под очков.

— Ничего страшного. Покой, никаких резких движений и водочные компрессы на место ушиба. Старайтесь хотя бы неделю, меньше двигаться дорогая. Свежий воздух — не менее часа в день.

Он попрощался с нами и вышел, а я расслабленно вытянулась в кровати — свадьба откладывалась, и это давало мне время, чтобы немного освоиться в чужом мире.

Глава 4

Как бы ни хотелось моей мачехе поскорее сплавить меня, против доктора она пойти не могла, да и вообще это выглядело бы очень странно в глазах гостя — барона Ворста. Она была сама любезность, но я чувствовала, как в ней клокочут злость и нетерпение.

Каждый день мы с Хенни спускались в сад. Я садилась и слушала — ходить мне было еще сложно, кружилась голова, но в целом, мы отлично проводили время за разговорами, из которых я извлекала много интересного. Иногда я аккуратно задавала вопросы, ссылаясь на головную боль и недомогание, если они уж слишком удивляли Хенни. Оказалось, что мы с ней живем в 1636 году, в красивейшей стране — Голланде и у меня теперь — вся жизнь была впереди. Мне всего двадцать два года! Это немножко пугало, но и бесконечно радовало меня. Новая жизнь, здоровье, молодость — что может быть прекраснее? Я опасалась только выдать себя незнанием обычаев и реалий, но разговоры с Хенни потихонечку заполняли эту пропасть.