Крамола. Книга 1

Соломатин‑то из-за нас в город рвется, чует, сволочь, поживу. Голытьба ему что? Он голытьбу не грабит.

— Так, значит, я вас обороняю? — спросил Андрей.

— Кого же еще? Знамо, нас. Потому и заплатить хотим. Поглядели — дело идет у тебя. А ежели ты деньги получишь, еще постараешься.

— А знаешь ли ты, что я не военный человек? — возмутился Андрей. — Я учитель гимназии. Но мне не дают! Не дают заниматься своим делом! Я хочу учить детей, а не воевать! И денег мне за войну не надо! Не хочу я такого заработка! Ты меня лучше учителем найми! Гувернером! Я твоих детей учить буду и сам жалованья попрошу! Сам! — Он схватил кошель и бросил Белоярову.

 — Такие деньги мне не нужны! И убирайся отсюда!

Белояров побагровел, взбугрилась шея, набрякли на руках синие вены.

— Вон ты как!.. Ладно, Андрей Николаевич, значит, побрезговал нашими деньгами? Ладно… Только учителем бы я тебя не нанял! Чтоб ты моих ребятишек учил? Да ни в жизнь! На себя-то глянь. Тебе ведь человека убить — раз плюнуть! В зеркало поглядись! Злодей злодеем, не зря рожу-то завязал!

Андрей выхватил револьвер, наставил его на Белоярова:

— Раз плюнуть, говоришь? На, смотри!

— Белояров не напугался, махнул рукой, однако попятился.

— Вот, поглядите на него. Ребятишек учить собрался, учитель…

Когда за купцом закрылась дверь, Андрей несколько минут лежал на кровати, закусив уголок подушки. Первой мыслью было бросить все и уйти из города, хотя бы к себе в Березино, в пустой разоренный дом, и сидеть там, ни во что не вмешиваясь.

«Я ведь никого не люблю! — подумал он, и мысль эта пронеслась в мозгу, как озарение. — Вот почему так все складывается: я никого не люблю!.

.»

Он огляделся, словно кто-то мог подслушать его мысли. Конечно! Нет любви! Есть сожаление, жалость, желание помочь людям, есть презрение к страху, есть, наконец, ненависть, как была только что к купцу Белоярову. Все есть, кроме любви. Почему не болит сердце, почему не бунтует душа за сестру? Сознание вины есть, но сознание того, что Олю расстреляли, уже стало привычным, и привычной становится вина. А отец?! А судьба матери?! Да ведь от любви к ним он должен был все Березино на голову поставить! С каждого спросить!"

"«Но это же опять не от любви, — подумал он, — а все от той же мести, от ненависти… Что же такое любовь? Наверное, и меня не любят…»

Утром Андрей выслал разведку на паре рысаков из бывшей отцовской конюшни.

Разведчики объехали все близлежащие деревни и, вернувшись к обеду, сообщили, что объединенную банду Соломатина видели в лесу, недалеко от Красноярского тракта, верстах в десяти от города. И, судя по следам, она не выходила на тракт, а скрывается где-то в избушках на кедровых промыслах.