Мамин сибиряк

А что тут удивительного, спрашивается?! – И во мне метр с кепкой роста. И я не блондинка, – тараторила я. – А еще во мне три килограмма лишнего веса.

– Ты опять об этом? Сказал же – мне похеру, Любава. Что ты морочишь мне голову?! Сюда иди!"

"Мамин как будто бы и впрямь разозлился. Впечатал меня в свою твердокаменную грудь. И поцеловал. Черт… У меня пальцы на ногах поджались. А предательницы-руки, будто живя своей жизнью, взметнулись вверх, лишь сильнее к себе притягивая. Зарываясь пальцами в на удивление мягкие волосы Олега, я издавала совершенно неприличные звуки и терлась об него так, как даже Геракл об меня не терся, когда я его спасла. Лямка сарафана упала с плеча. Мамин стащил ее еще ниже, оголяя грудь. Прикусил неприлично торчащий сосок, взвешивая в ладонях сразу обе груди. Оторвался от губ, чтобы зарыться лицом в их мягкость.

Глава 11

Нахлобучивало меня от Любаши… Что вы. Наверное, и у Степки так лапы не тряслись в его первый раз.

– Бать! Ну вы еще долго?! Он сейчас нагадит!

Легок на помине! Любаша забилась в моих объятиях.

– Ты слышал?! Отпусти меня!

Чтобы разжать руки, пришлось приложить усилие. Люба спрыгнула с подоконника и помчалась в туалет спасать ситуацию. А я залип на перекатывающихся под одеждой булочках. И эта женщина комплексовала из-за трех лишних килограммов? Вот что с этими бабами не так? Ни черта они не знают о наших вкусах.

– Олег, помоги, пожалуйста!

Поправив напрягшийся член, я послушно взял врученные мне пакеты. Ну, тут и душегубка, а! Как, интересно, Любаша собиралась здесь жить?

Вернувшись в квартиру, наткнулся на Степкин смеющийся взгляд и два выставленных вверх больших пальца. Одобрямс, дескать. И тут можно было подумать, что сын как-то поспешил с выводами, если бы я уже сам все для себя не решил.

– Ну, вот. Готово, – отряхивая руки, пробормотала моя будущая жена, сдувая упавшие на лоб прядки.

Я подтолкнул ее к коридору.

– Пойдем, покажу твою комнату.

Когда я покупал эту квартиру, риелтор втирал о том, что здесь получится идеальная детская. Но пока она скорее напоминала кладовку с установленной посредине кроватью.

– Гостей у нас обычно не бывает, поэтому здесь бардак, – почесал я в затылке.

– Ничего, – отмахнулась Любаша. – Спасибо, что приютили. У меня и впрямь жарковато. Я могу воспользоваться душем?

– Ага. В тупике гостевой санузел.

Люба кивнула и, с опаской на меня покосившись, сунулась было мимо, но кто бы ей позволил вот так уйти?

– Люб… – бросил я, притягивая девочку к себе. – Ну, ты куда?

– Держи руки при себе, Мамин! – возмутилась соседка, но, блин, будем честны, ее голосу явно недоставало твердости. Вот почему я, проигнорировав Любашину просьбу, заткнул ей рот поцелуем, возвращая нас к тому, что прервало Степкино появление.