Мамин сибиряк

– Сколько раз мне еще повторить, что плевать мне на то, что писала мама?!

– Правда?

– Вот те крест! – я схватил висящее на цепочке распятие и ткнул под нос Любаве, словно обезумевший экзорцист. Она закусила губу. Но я все равно услышал смешок, слетевший с ее губешек.

– Это хорошо. Потому что там было еще что-то про судимых и пьющих…

– Ты в завязке?

– Нет! Но я пью, – повинилась Люба, отводя глаза.

– Часто?

– Сегодня аж два бокала осилила. А еще у меня есть админпротокол. – закончила Любаша убитым голосом.

– На судимость админпротокол не тянет. С этим даже моя мать-следователь согласится, – заржал я, с новыми силами набрасываясь на губы этой дурехи. Кто бы мне сказал, что это такой кайф – целоваться, смеясь?

– Не слышишь ты меня, Мамин!

– Слышу. Ты говоришь глупости.

– Почему? Тебе же нравятся совсем другие женщины.

– Откуда такие выводы? А-а-а… Постой. Ты меня гуглила?

По щекам Любы разлился густой румянец. Она отвернулась, трогательно закусив губу.

– Да эти все… Они вообще ничего не значат. Так, вешались на меня, а я…

– Не отказывался? – подсказала эта язва, сморщив нос.

– Послушай, если судить по твоему бывшему, я тоже совсем не в твоем вкусе.

– Что за глупости?! – она даже попыталась вскочить, но моя нависающая над ней туша не позволила.

– А что? Я не такой прилизанный и напомаженный, как этот… Как его?

– Женя, – буркнула Люба с кислой миной. – И ты прав. Вкусы в мои семнадцать у меня были специфические. С тех пор я здорово поумнела.

– Постой… В семнадцать? Хочешь сказать, этот мажорик – твой первый мужик?

– Что здесь такого?

– Ничего. Только не говори, что он и единственный!

– Ну, мы пять лет встречались, – пробормотала Люба, будто оправдываясь. – Я еще… кхм… не успела расширить опыт. Хотела для начала пожить для себя. Осмотреться, если ты понимаешь, о чем я.

Я сжал пальцы у Любы на подбородке, вглядываясь в повлажневшие глаза. У меня для этой девочки были плохие новости – пожить для себя у нее вряд ли теперь получится. Как и осмотреться. Не хватало, чтобы она кого получше нашла. Нет, извините, мне такая девочка самому нужна.

– Считай тот период в прошлом.

– Почему это?

– Мы женимся. Ты забыла?

Любаша опустила ресницы на повлажневшие глаза. У меня в груди что-то дернулось.

– Ну что, я тебе совсем не нравлюсь?

– Глупости говоришь! – возмущенно всхлипнула.

– Тогда что не так? Я тебе нравлюсь, ты мне…

– Шутка затянулась, Олег. Ну какой «женимся»? Иди сюда. Мне не нужны эти глупые обещания, чтобы тебе отдаться.

Я чуть было опять не заржал с этих пафосных слов. Но ее бы это наверняка обидело.

Одной рукой Люба обвила мою шею, притягивая к губам. Другой оттянула вниз резинку штанов, видно, чтобы наглядно мне продемонстрировать широту своих взглядов.