Мамин сибиряк

Вот только то отчаяние, с которым она это делала, не давало мне ею воспользоваться.

Вдоволь нацеловавшись и не позволив ей забраться к себе в штаны, я заставил себя отстраниться.

– Эй… Ты куда?

– Где твой телефон? – спросил, немного задыхаясь, извлекая айфон из кармана.

– В-вот.

– Нет, ты уж как-нибудь сама.

– Что сама?

– Заполни необходимые поля в заявлении.

– Знаешь что?! Это переходит все границы.

– Да почему? – психанул я.

– Потому что это слишком жестоко! Я не пойму, ты с кем-то поспорил, что ли?!

– Господи, Люб, что за бред? Тебе нужно завязывать с любовными романами, правда…

И снова ее щеки зарозовели, подтверждая, что я попал в точку. Ну, надо же, какое у моей будущей жены забавное гилти плеже.

– Ты не можешь хотеть этого всерьез, – отвернулась Любава.

– Объяснишь, почему тебе так кажется?

– Кроме того, что мы знакомы пару недель от силы?!

– В случае с некоторыми женщинами этого срока вполне достаточно, чтобы изучить их от макушки до пяток.

– Это намек на то, что я простовата? – Люба обиженно поджала губы.

– Нет! Это прямое указание на то, что в тебе масса привлекательных для любого мужика качеств! Ты очень добрая, ласковая и преданная. А еще чертовски красивая и желанная. И ты бы это понимала, если бы чертов Женя не втоптал твою самооценку в грязь!

Ни миг глаза Любы стали круглыми-круглыми. И какими-то беззащитными. Видимо, понимая это, она тут же опустила голову, разрывая со мной зрительный контакт.

– Люба…

Ее плечи дрогнули. Ну, нет же! Черт. Меньше всего я хотел ее слез. Ну, что же ты такая оголенная, девочка? Кто тебя обидел? Впрочем, я знаю кто. И если он хотя бы раз еще к Любе сунется… Я ему ноги повыдергиваю. Оторву член и запихаю в глотку, из которой, судя по всему, в адрес Любы вырывалось немало гадостей.

– Иди сюда… – Она послушной обезьянкой вскарабкалась ко мне на колени. Я провел губами по нежной щечке, стирая слезы. – Успокоилась?

– Н-ну п-почти.

– Умничка.

– Так ты, что ли, с-серьезно?

– Хочу на тебе жениться? Ага.

– И тебе не к-кажется, ч-что все слишком быстро?

– Знаешь, мы с Наташкой… В смысле, мамой Степана…

– Я знаю, кто это, – буркнула Люба мне куда-то в плечо.

– Так вот, мы с ней с моих четырнадцати встречались. Поженились только через пять лет. Чем все закончилось, ты тоже знаешь."

"– А как у нее было с английским? – пискнула Люба.

– Я тебе сейчас настучу по заднице, – рыкнул я.

– За что? Я пытаюсь быть ответственной! Это сейчас нас захлестывают чувства.

– Да-а-а? – довольно протянул я, прикусив Любе ушко.

– Разве ты не об этом? – обеспокоенно завозилась она.

– Конечно.

– Ну, вот и я… Только влюбленность длится недолго, понимаешь? А когда она сойдет на нет…

– Не сойдет. А переродится в более крепкое чувство.

– Для этого мы должны друг другу подходить.