Маникюр для покойника

Жизнь ее потекла спокойно, но недолго наслаждалась женщина тишиной и размеренным бытом. В апреле месяце восьмиклассница Яна, рыдая, призналась матери в беременности. Делать аборт оказалось поздно. Анна Федоровна подумала, подумала и решила взять грех на себя. Пошла в роно и, запершись в кабинете у начальницы, поведала историю: она тяжело больна по дамской линии, требуется срочная операция, а вводить в курс дела коллег не хочется. Станут шептаться по углам.

Заведующая пошла навстречу и якобы отправила Анну Федоровну на курсы повышения квалификации.

Катукова забрала из школы Яну, прихватила Костика и съехала на дачу.

В августе дочь благополучно родила мальчика, названного Славой. Рожала она дома, вернее, на даче, и Анна Федоровна сама приняла внука и только потом вызвала «Скорую». Врачи, замороченные вызовами, увезли в роддом директрису с младенцем на руках. Яна осталась на даче. В роддоме, увидав роженицу с готовым ребенком, моментально отправили Анну Федоровну в палату. Осматривать ее не стали. Женщина сообщила, что великолепно себя чувствует, а кругом орало с десяток баб, между которыми как угорелые мотались две акушерки и один врач. На шестой день выписали справку на имя Катуковой Анны и отправили «мать» домой. Так Слава стал «сыном» своей бабки. Анна Федоровна отлично продумала дальнейшие действия. Она отдала ребенка сестре покойного мужа – Наталье Катуковой, сказав, что родила сына, а денег и сил на воспитание нет. Анна Федоровна усиленно напирала на то, что мальчик зачат покойным Сергеем, но Наталья отсчитала девять месяцев назад и поняла, что брат тут ни при чем. Однако она взяла мальчика, так как давным-давно мечтала о сыне.

Яна и мать возвратились в Москву.

Анна Федоровна ликовала. Честь и репутация дочери спасены, в школе никто ничего плохого не заподозрил. Единственное, что не нравится директрисе, так это то, что отец Славика и любовник Яночки, молодой красивый циркач, живет рядом с ними в соседней квартире. Он, конечно, был в курсе, что Яна родила мальчика, знал, как назвали сына, но особых отцовских чувств к ребенку не испытывал и даже был рад, что того отдали на сторону и не потребовали с него алиментов. Кстати, Анна Федоровна могла пожаловаться в милицию, и Федулову пришлось бы плохо. Растление малолетних, так называл Уголовный кодекс связь с девочкой, не достигшей восемнадцатилетия. Но директриса больше всего боялась дурной славы и не обратилась в правоохранительные органы. Только попросила Василия оставить дочь в покое.

– Федулов! – закричала я, подпрыгивая на стуле. – Василий Федулов!

– Да, – кивнул Володя, – именно он. Но тут судьба благоволит к Катуковой. «Зятек» остается во Франции и исчезает из поля зрения!

Тайна раскрывается только после смерти Натальи Катуковой.