Марь

А один почему – так ведь перерождаться его староверческое племя стало. Коснулась их длань цивилизации и отравила им кровь. А он хотел жить праведно. С чистой душой, среди чистых вод и нехоженых девственных лесов. Так и жил, легко и свободно, не видя людей и питаясь тем, что бог пошлет. Научился добывать себе пищу, распознавать целебные травы, а главное – жить и не тужить в одиночестве."

"А тут вдруг люди объявились… Хотя разве можно было этих бандитов назвать людьми? Звери они… Нет, зачем же так на зверей?.. Дьяволы они! Истинные дьяволы… Тут же выгребли у него все запасы еды и сожрали. А потом заставили указать им дорогу к жилью. Так ведь он за эти тридцать лет давно забыл, как вообще выглядят эти люди, не говоря уже о том, как их найти. Тогда они его избили до полусмерти. Ну, спрашивают, вспомнил что? А разве вспомнишь, когда тебе последнюю память отшибли. Теперь вот не знает, сможет ли дотянуть до весны. Ведь вместе с памятью у него и здоровье ушло – ведь так били!..

– Да вон, кажется, и эти ироды идут… – неожиданно тянет свое ухо к двери дедок. – Ой, что будет!.. – сказал он и перекрестился. – Вам бы спрятаться, да куда?.. А то ведь у них ружья… – не вставая с пола, он снова крестится на красный угол.

Это была настоящая западня, и бойцы это понимали. Теперь выбраться отсюда они могли только случайно. Стоят и с надеждой смотрят на Савушкина. Лица бледные, а в глазах неподдельный страх. Тот тоже поначалу растерялся. Застыл, словно истукан, посреди горенки и не знает, что делать. А время не ждет. Вот сейчас откроется дверь – и уже поздно будет о чем-то думать…

– Драться будем! – наконец заявляет он. – Главное – фактор внезапности, понятно? – вспомнил он термин, которым часто пользовался его отец-фронтовик, когда рассказывал о войне. – И не давайте им опомниться… Бейте их, кусайте, душите – только не поддавайтесь!.. Иначе нам хана…

Они тут же заняли позицию, прильнув к холодной шершавой стене по обе стороны двери. Ждут, как ждут утопающие соломинку; как приговоренные к смерти ждут чуда; как смертельно больные пытаются остановить время…

Шаги, шаги… Скрипит снег, вызывая в душах парней прилив отчаяния. Уж скорее бы – что тянуть?.. Возле дверей незваные гости потоптались, о чем-то негромко переговорили… И вот он момент истины!.. Дверь открывается, впуская внутрь вместе с клубами пара искру надежды на спасение. Но что они медлят, эти бандиты? Почему не входят? Или почуяли что? Если так, то бойцам несдобровать. Тут же их поджарят на углях вместе с этим старым скитником… Но нет, звериный нюх их на этот раз подвел. Вошли по одному, со свету не заметив чужаков. И тогда те набросились на них. Они дрались так, что кровь густыми тяжелыми брызгами разлеталась во все стороны. А как они орали!..

– Вперед!..