Мечников. Том 8. Луч надежды

И до сих пор я не получил самый главный аргумент. Возможно, именно его юноша и хочет озвучить.

— И что вы хотите взамен за помощь, Артур Аркадьевич? — поинтересовался я.

— Прошу, не убивайте членов моей семьи, — произнёс он. — Я готов устроить с вами это небольшое восстание против главы моего рода. Готов пойти против брата, отца и других родственников. Но я не могу допустить, чтобы по моей вине кто-то из них лишился жизни.

Вот оно! Именно это я и ожидал от него услышать. Аргумент, без которого я бы не принял окончательное решение — сотрудничать с Артуром или нет. А всё потому, что я не хочу подпитывать чью-то жажду мести.

Если бы юноша заявил, что хочет убить кого-то из своей семьи, я бы попытался его отговорить, либо и вовсе отказался от этого плана.

Не хочу помогать кому-то проливать родную кровь.

Так что выставленное им условие как раз наоборот изначально являлось моим собственным.

— Идёт, Артур Аркадьевич, — кивнул я. — У меня тоже нет желания кого-либо убивать. Однако без схватки, вероятно, мы не обойдёмся. Возможно, мне придётся кого-то ранить — исключать такую вероятность я не могу. Но убивать я никого не стану — даю слово.

— Хорошо, мне этого достаточно, — выдохнул Артур Мансуров. — А касаемо той правды, о которой я вам до сих пор не рассказал… Вы же знаете, что Мансуровых в нашей империи очень много. Наши родственники обитают во всех крупных городах. И титулы им принадлежат самые разные. От баронов до князей. Причём глава всех ответвлений нашего рода служит при императоре. Он является одним из членов его совета.

— Об этом мне известно, — кивнул я. — И какое это имеет отношение к делу?

— Я лишь хотел объяснить, что запас знаний у нашей семьи крайне обширен.

Особенно своими навыками могут похвалиться Мансуровы, которые живут в Санкт-Петербурге. Вы, наверное, уже поняли, что мои родственники помешаны на чистоте крови. Все союзы сейчас заключаются только с лекарями, а пару сотен лет назад практиковались даже близкородственные браки. И всё это для того, чтобы вывести особенно редкие разновидности магических каналов. Именно это и случилось с Викторией. Она — одна из тех, кто унаследовал благодаря этой схеме особые навыки.

— То есть способность создавать клонов? — поинтересовался я.

— Хотите сказать, что это не отдельная ветвь магии? Это — редкая разновидность лекарской силы?

— Редчайшая, Алексей Александрович, — ответил Артур. — Больше в нашей семье таких нет и не было. Скорее всего, в Российской Империи больше никто такой силой не владеет. А быть может, и в целом мире.

— Только это до сих пор не объясняет, почему я должен взять в заложники всю вашу семью. Почему одной Виктории будет недостаточно? — спросил я.

— Я ведь упомянул о ритуале, помните? — ещё тише произнёс Артур Мансуров.