Мечта

Я же в это время трясла этого мужчину в костюме за полы пиджака, и просила пропустить меня к сыну, потому что я его обязательно узнаю. Тот же обещал меня арестовать, если я не отпущу его пиджак. Все как всегда решило появление Володи. Только глянув на него я подумала о самом ужасном, потому что лица на нем не было. Я закричала… Очнулась у него на руках. Я сидела у него на коленях, а он гладил мои волосы.

— Машенька, он жив. Наш мальчик жив. И она его любит. Видимо настолько, что решила его не отдавать. Но мы найдем его и ее.

А я смотрела в его глаза. Там было все: безысходность, жалость, печаль, мука, только надежды там не было. И почему-то именно в этот момент, я поняла, что теперь я должна быть сильной! И моей материнской любви, и любви женщины, должно хватить на двоих: и на него, и на меня — на нас обоих, потому что мы едины и мы семья. Мы найдем его, чего бы нам это не стоило! Главное поставить цель и верить…

Потом подъехал Федор и следователь. Бабушку никуда не отпустили, а просто по человечески попросили помочь. А она, глядя на меня и поняв, что произошло на самом деле, все причитала: «Как же так! Не по людски ведь!» И никуда не собиралась и готова была сделать, все, что угодно только бы быть полезной в поисках моего сына.

Она рассказала интересную историю. Но прежде мне с Володей позволили войти в квартиру, где жил мой мальчик. Там было чисто и уютно, только немного беспорядок, из-за быстрого бегства той женщины. В ванне на веревке висели уже досохшие, но не снятые пеленки, ползунки и кофточки. Они были мокрыми, когда она уходила, вот и остались… Манеж аккуратно застелен, все очень чисто и с любовью, пусть и не дорого. Сергеевна сказала, что коляска была, исчезла и игрушки погремушки всякие, тоже исчезли.

Потом мы проехали в отделение, где Сергеевна составила фоторобот, и рассказала все, что знала."

"Хозяйкой квартиры была некая Александровна. По молодости они с Сергеевной дружили, а потом судьба развела. Так вот Александровна много лет сдавала квартиру. Разные постояльцы встречались: и тихие, и буйные, и скандальные, и даже негры. А два месяца назад ремонт она сделала, так небольшой: потолки закатала, да обои поменяла. Потом квартира пустовала, аж целый месяц пустовала. На Александровну похоже не было. Но факт. А потом в нее заселилась Зина с малышом. Мальчонку звали Сереженька, так Зина говорила. Сама она уже не первой молодости, лет на сорок выглядит. А любовник к ней ходил молодой — лет тридцать- тридцать пять.

Красивый, высокий, при теле, таком накачанном. Видный мужчина. А Зина сама так: — не себе взять, ни людям показать.

Она из дому — то не выходила недели две, а потом стала гулять с мальчонкой. Я с ней гуляла, сдружились мы. Она его жуть как любила, мальчонку в смысле, а вот с любовником ругались.