Мечтать полезно, милый босс!

Ей просто очень требовалось куда-нибудь ее направить. И закончила совсем неуверенно: – Наркоман, может быть, но не щенок…

Игорь замер. Это Климов-то наркоман? Тот самый Климов, который иногда за весь отдел работу вывозит, а нередко и на ночь договоры берет, чтобы еще на разок проверить? Ух, похоже, стресс ее доконал, разум совсем помутился. Игорь не стал останавливать медленно удаляющуюся и пошатывающуюся Катю. Ей, наверное, отгул следовало бы дать – что-то она совсем неважно выглядит.

Игорь встрепенулся и тоже встал, уверенно зашагал к машине. Какой еще отгул? Придумала тоже – отгулы выпрашивать одной походочкой! Лучше Игорю до дома сгонять и сюда успеть вернуться, в офис вместе поедут – он и почти чужая девушка, которая в нем даже мужчину разглядеть не может.

Нормальный расклад. И чего Игорь так его опасался?

Глава 22

Пробежка по всем параметрам не удалась, перед Ольгой чистосердечно сегодня не отчитаешься. Катюша вообще не представляла, как о произошедшем рассказать подругам. И стоит ли. Почему-то она точно могла предвидеть их реакцию – полный восторг и «ну мы же говорили!».

Но само удивление прошло довольно быстро, Кате оставалось удивляться только собственной глупости. Лишь слепой на ее месте не сообразил бы, пока ему прямым текстом не сказали.

Она даже не особенно изумилась, когда вышла из подъезда и наблюдала за вновь подъезжавшей знакомой машиной. Так даже и лучше – некоторые темы лучше обсуждать сразу, а не оставлять их в висячем состоянии. Тем более за время душа, завтрака и уже почти профессионального макияжа Катюша немного определилась с собственным отношением. Потому она безропотно заняла сиденье спереди и сразу начала:

– Игорь, я просто обязана спросить – почему именно сейчас? Почему именно тогда, когда у меня со Славкой начало все налаживаться? Это, уж прости за прямолинейность, очень похоже на мужской стадный инстинкт, о котором мне Анютка рассказывала.

Игорь и не думал отвлекаться от дороги, а на губах его играла улыбка – какое-то ненормальное отсутствие волнения или напряжения. Как будто не его тут самые сокровенные чувства обсуждают.

– Интересное дело, Кать. То есть Климова ты в том же инстинкте не заподозрила, а меня сразу?

– А сейчас я с тобой разговариваю, а не со Славкой!

– Нет, с его действиями это не связано.

– Врешь, – уверенно отрезала Катюша. – Врешь, потому что я видела тебя до и после!

– Вру, – он признал легко. – Хорошо, связано. Если бы не этот придурок, то я бы наверняка действовал иначе, а не в лоб. Кто же мог представить, что он вообще до чего-то созреет? Уж точно не я.

– Он не придурок! – Катюша считала себя обязанной защищать любовь всей жизни. – Это во-первых.