Медвежья Ласка

Как она посмотрит на ту, что затыкала уши, не слушая собственного зверя, и отталкивая ее сыновей? Как на неразумную? Определенно…

И хоть мы с моими берами вроде бы определились, договорились и сблизились, но все могло бы быть совсем по-другому, не будь я такой… дурой!

Я бы с радостью познакомилась с Йонной, но чуть позже, когда сотрется след моего упрямства на наших лицах и узы между нами станут немного крепче. Хотя бы чуть-чуть…

— Не трусь, берочка. Йонна хорошая, славная бера.

— Ты понравишься маме, обязательно, — поддержал Харланд, склоняясь и легко целуя меня в макушку. — Ты не можешь не понравиться.

— До вас я вообще мало кому нравилась, — проворчала, без сил падая на спину и закрывая глаза. — Сложно мне. С берами.

— Ты и сама бер, — хохотнул Берд, падая рядом со мной. — Спокойнее, Ласочка, она тебя не съест. Даже любопытничать не станет.

— Думаешь?

— Уверен, — выдохнул он. — Я уже говорил, что она необычная, и ты поймешь почему, когда с ней познакомишься. А теперь и правда пора вставать, или знакомство пройдет здесь. Вот в таком виде, — горячая ладонь опустилась на грудь и мягко потянула покрывало вниз с явным намеком. — Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит?

Прислушавшись к телу, пришла к выводу, что со мной все в порядке. Это я и сообщила медведю; вот только, встав, едва не застонала.

Между ног саднило, колени дрожали, а мышцы в бедрах ломило от вчерашней нагрузки и непривычности поз. Сразу же ощутив неладное, беры примчались на помощь, помогая мне умываться и одеваться, но старались так сильно, что я в какой-то момент почувствовала себя совершенно беспомощной.

Ну уж платье я могу и сама надеть!

Харланд, не став ждать нас, поторопился предупредить дядю о неожиданных гостях, и когда мы с Вардом и Бердом покинули комнату, на воротах крепости зазвенели цепи, открывая мощные створки.

— А вот и мама, — подтвердил мои опасения Вард, дав осознать, что времени перед знакомством осталось совсем немного.

О том, что мать беров — шаман, становилось ясно по первому взгляду на эту высокую статную женщину, красота которой буквально завораживала, стирая грань между реальностью и ее необыкновенными глазами.

Они светились."

"Или мне так показалось на нервах?.. Но стоило льдисто-серому взору на секунду спрятаться под веками, как морок исчез, и оставшись в голове нерешенной загадкой. Показалось или нет?..

Она была самим воплощением севера: не чувствовавшая холод, с грацией и мощью кружащей бури. Даже тогда, в первую секунду, как мой взгляд упал на нее, я поняла — она знает, что такое зверь.