Измена. Верни мне мою жизнь (СИ)

— Что же это ты… Не успела с мужем любимым развестись, как под дружка его залезть норовишь?

Она шла нарочито медленно и цепляла ручки кабинок, чтобы проверить, нет ли в одной из них меня. Я сжалась в комок нервов. Не Макар, не свекровь — Ангелина в меня вселяла ужас.

Я закрыла глаза и выдохнула.

Вчера я умерла. Меня растоптали. Меня унизили и предали.

Но сегодня я всё ещё здесь, и я хочу жить.

Резкий удар по дверному полотну, и дверца кабинки распахнулась, чуть не приложив Гелю по лбу. Она дёрнулась в сторону, а я спокойно прошла мимо, не обращая на неё никакого внимания.

— Что, бежишь? Почти как крыса с тонущего…

— Не переживай, дерьмо не тонет, — ответила спокойно я, подходя к раковинам и включая воду. Стук каблучков настиг, и меня дёрнули за руку, вынуждая расплескать брызги по зеркалам.

— Ты такая смелая, потому что дружок его подсуетится? — в глазах бывшей подруги — безумие. В моих — равнодушие. — А что будет, если я сейчас возьму и позвоню Макару?

— Звони… — разрешила я и забрала руку, чтобы наконец-то помыть. — Или ты думаешь, что действительно есть что-то такое, что заставит его во мне разочароваться?

Вопрос, что говорится, не в бровь, а в глаз.

Ангелина пошла красными пятнами, потому что я угодила куда-то в особо больное место. Например, в осознание, что она никогда не будет мной.

— Да, есть! — нашлась Геля, опираясь бедром о столешницу раковин. — Ты же бесплодная. За десять лет так и не родила, поэтому он предпочёл меня.

Я улыбнулась своему отражению, которое сейчас смотрело на меня голубыми усталыми глазами.

— Но ему оказался не нужен твой ребёнок, — заметила я, выключая воду и поворачиваясь к Геле.

Не стоило этого говорить. Хотя…

Ангелина резко шагнула ко мне и, не замахиваясь, ударила меня ладонью по щеке. Тот самый грёбаный сапфир оказался перевёрнут во внутреннюю сторону ладони, и платиновая оправа больно скользнула по коже. Я почти ощутила, как колючий металл прорезал тонкий кожный покров. Если Геля хотела меня унизить, у неё не получилось, потому что мордобой это последнее, до чего стоит опускаться женщине. Я всегда предпочитала решать вопросы при помощи слов, поэтому, не задумываясь, качнулась навстречу, стиснула запястья бывшей подруги, чтобы не дёргалась, и, приблизившись к лицу, шепнула на ухо:

— А знаешь, что самое забавное, — тихо произнесла я, облизывая губы.

— Даже бесплодная, фригидная и холодная я ему важнее, чем ты со своим дитятком, принесённым в подоле… Даже если в один день я ему сердце вырежу своими руками, он всё равно будет, стоя на коленях передо мной, признаваться в любви.

Новое и неудобное.

Глава 22

— Полин, замени меня вечером на обслуживании? — попросила Катя и скорчила умильную физиономию.