Меня зовут Корокотта
Тридцать первый роман (тридцать восьмая книга) цикла «Вечный капитан». Это как бы продолжение романов "Перегрин" и "Гезат". Конец первого века до новой эры. В Риме правит Гай Юлий Цезарь Октавиан Август, которого историки будут считать первым императором. Это начало "золотого века" Римской империи. Наш герой сперва воюет против римлян римлян, после - за них. Оставшись без денег, устраивается гладиатором и становится кумиром зрителей. Затем делает военно-политическую карьеру.
В том числе сделал каменную печь в кукине (кухне) и камин в зкседре (гостиной, а летом еще и столовой). В хозяйственной части добавил погреб-лёдник — нынешний вариант холодильной камеры. Зимой специальные каменные отсеки с наклонным полом и отверстиями для стока воды заполняются большими кусками льда, обильно посыпанного мелкими опилками. Так он тает намного медленнее. За теплый период уходит примерно треть льда, медленно оседая. Для римлян лёдник был в диковинку, но быстро оценили его достоинства. В латифундии здорово помогал в жару. В Риме мы будем, как я надеюсь, только в холодное время года, но пригодится для хранения быстропортящихся продуктов.
Ремонт, как положено, затянулся. Флавия, которой не терпелось похвастаться перед менее удачливыми подружками и знакомыми, прямо таки места себе не находила. Меня обвинила в нежелании переезжать в Рим и преднамеренном издевательстве над ней. Потратил день, свозил ее в столицу. Там как раз меняли чердачное перекрытие. Старые, гнилые, изъеденные червями доски валялись в атриуме.
— Вот это было бы над головами наших детей, — объявил я.
На самом деле, на втором этаже живут рабы.
— Не думала, что Валерии живут так плохо, — призналась она.
Снаружи блеск, а внутри гнилье — это девиз Рима и любой другой империи.
Говорить его жене не стал, себе дороже, а всего лишь посоветовал:
— Не торопись. Успеешь разозлить подружек и знакомых, никуда они не денутся. Зато приведешь их в домус, который будет выглядеть, как новенький."
"Флавия вздохнула тяжело и в тот же день поехала со мной в латифундию, где терпеливо просидела почти до конца января.
Первые недели три домус был чем-то средним между музеем и банкетным залом, причем в большем триклинии оттягивались дамы.

















