Меня зовут Корокотта

Я переманил его из той инсулы, где ранее жил с Флавией. Вспомнил, как он доставал жильцов, в том числе и меня, и решил, что лучшего на эту должность не найду. Был он худ, сутул и остронос. Всегда опрятно одет, о чем заботилась его жена, тихая, забитая женщина. Совал свой острый нос везде, все еще не потеряв этот бесценный орган, хотя пару раз только на моей памяти получал по нему отменно. Мы договорились, что в год Асклепий Сентоний будет отдавать мне четыреста пятьдесят тысяч сестерциев. Полученное сверх этой суммы будет тратить на мелкий ремонт, содержание раба, который будет убирать двор и галереи и сторожить в арке у ворот, чтобы не заходила всякая шваль, а остальное пойдет ему в карман.

Средний и капитальный ремонт буду оплачивать я. Теперь у меня был постоянный и очень большой доход, которого, несмотря на старания Флавии, должно хватать на сытую, спокойную жизнь.

Вторым, более скромным, источником денег именно в Риме должен был стать бывший домус Геганиев. Бесплатное проживание в нем закончилось в начале лета. Дальше семейство обязано было заплатить мне всего-то пятнадцать тысяч за полгода аренды. Сделал им скидку, но даже этих денег пока не получил.

В конце января Спурий Геганий уехал в свите проконсула Публия Силия в провинцию Иллирик, расположенную на восточном берегу Адриатического моря, пообещав прислать жене денег, чтобы заплатила за жилье, но что-то пошло не так.

По возвращению в Рим на зимовку я зашел к Марсии Гегании, чтобы выяснить, где именно случился затык, вина это мужа или растратчицы-жены. Приняла меня в таблиуме с коротким посланием от него на клочке папируса. Сильно нервничала, даже руки подрагивали. Я имел полное право вышвырнуть ее на улицу.

Пожалел. Проблем с деньгами у меня на тот момент уже не было. Однако не устоял и воспользовался ее бедственным положением. Не скажу, что Марсия Гегания очень уж привлекала меня. Интересно было проверить возникшую у меня теорию: если кто-то очень не нравится твоей жене, значит, из нее получится отличная любовница. Впрочем, мне показалось, что это мной попользовались ради отсрочки по выплате долга. В отношениях с женщинами трудно понять, кто был охотник, кто — добыча."

"Выслушав обещания, что скоро из Иллирика прибудут деньги, и она тут же оплатит аренду домуса, я предложил:

— Покажи мне свою спальню.

Марсия Гегания поняла правильно и сразу успокоилась, точнее, поменяла вектор волнения. Теперь она была на том участке фронта, где побеждала своего мужа, а значит, как уверена, одолеет и меня. В полутемной келье-спальне был легкий, успокаивающий аромат фиалки. Кровать деревянная односпальная. Марсия не сопротивлялась, но и не помогала, только руки подняла, когда я, поцеловав в губы, накрашенные киноварью, начал снимать сразу обе ее туники через голову.