Мент

Усталый после бессонной ночи врач констатировал мгновенную смерть…

Пытаясь представить себе, о чем думала длинноногая Стрекоза в последние минуты, Андрей Корнилов не мог избавиться от ощущения, что именно он виноват в том, что произошло. О, если б он мог повернуть время вспять! Если бы мог, сделал бы все возможное, чтобы помочь несчастной девчонке, утратившей веру в доброту и бескорыстие людей…

Пока эксперты занимались своим делом, следователь заполнял бланк, а Дорофеев и Гурвич опрашивали свидетелей, Андрей стоял рядом со Славиком Семаго, водителем милицейской машины, куря одну сигарету за другой. В голове вертелась одна мысль: он во что бы то ни стало должен найти главного виновника самоубийства Лены Стрельцовой. Он не сомневался, что тот существует.

Это хромой насильник, представившийся девушке Павлом Андреевичем…"

"– Ну что, командир, кажись, сто пятой статьей УК тут и не пахнет. – Излишне бодрый голос майора Дорофеева заставил Андрея вздрогнуть и резко повернуться в его сторону.

Подойдя вплотную, майор деловито достал из кармана пачку «Дирола», забросил в рот сразу несколько подушечек и принялся перемалывать их с глубокомысленным видом. Андрей невольно поморщился, здоровяк Дорофеев вызывал у него тягостные ассоциации. Опухший после вчерашней попойки, он мало походил на бывалого сотрудника уголовного розыска. Скорее на работягу, получившего накануне долгожданную зарплату…

Если Дорофеев и заметил недовольство начальника, то никак не отреагировал на это. Дохнув на Андрея густым перегаром, он продолжал как ни в чем не бывало:

– Слава богу, не криминал. Самоубийство. Девчонка сама влезла на подоконник, сама открыла окно, сама прыгнула. И записка в наличии имеется…

Осталось отработать версию по сто десятой. Сомневаюсь, чтобы ее довели до самоубийства. Нынешний молодняк чего только не вытворяет из-за несчастной любви…

– Погоди, Ваня, – Андрей вновь поморщился, – не тараторь. Ты в курсе, что вчера эта девочка приходила к нам в отделение?

На лице Дорофеева отразилась сложная гамма чувств.

– Не понял…

– Стрельцова хотела оставить заявление. Ее изнасиловал один подонок-сутенер. Хотел, чтобы она работала у него.

– Да ну?.. Чего ж заяву-то не приняли? Кто дежурил?

– Два года назад у девчонки были неприятности с законом, и теперь ей никто не поверил, —. терпеливо пояснил Андрей. – В том числе и я. Заявление она порвала, а сегодня… вот… – Он многозначительно посмотрел туда, где еще полчаса назад лежал труп Лены.

Некоторое время Дорофеев молча переваривал услышанное. Затем, нахмурившись, посмотрел Андрею в глаза.

– Сутенер, говоришь?.. Это меняет дело. Выяснили, кто такой?

– Мне известно только его имя: Павел Андреевич. Инвалид. На вид лет сорок – сорок пять.