Мертвая зона

Вернее, макет развалин: кажется, на него кто-то упал — и привел в соответствие с актуальным видом Абуджи.

Леха, предчувствуя крик и ругань, и не желая во всем этом участвовать даже пассивно, свернул к макету, переводя взгляд с него на карту и обратно, но был пойман за локоть Смитом.

— Чего смотреть, все ясно, — буркнул тот, увлекая его за собой в офис.

Леха уперся было, но вдруг понял: а ведь и правда ясно. Если знаешь про Йобу-Хранителя, точки и кружочки на карте становятся полны смысла.

Смысла жизни, простите за пафос.

— Пойдем работать, — сказал Смит.

И почти как нормальный человек почти вздохнул.

Пасечник начал рычать на Лоренцо прямо с порога. Заходила ходуном фанера в окнах. Фиксер выскочил из-за стола и заорал в ответ. И тут уже затряслись стены.

Леха убрался в самый дальний темный уголок и там присел на какой-то ящик, борясь с желанием демонстративно заткнуть уши.

Смит привалился к косяку плечом и делал вид, что он тут ни при чем.

— Да забыл я! — кричал Лоренцо. — Сколько она спала, дура железная, полгода, наверное! Забыл я ее, как страшный сон!

— Ты же знаешь, откуда мы, — напирал Пасечник.

— Не знаю и знать не желаю! На тебе написано «Свободное Радио Никосии» — вот и делай свое радио!

— Я тебе покажу радио! У тебя в городе — огромная пушка! Во-от такая здоровенная! И ты про нее — ни слова!

— Да я думал, она сдохла!

— А она по мне стреляет! Во-от таким снарядом! Нормально, да?!

— Никто по тебе не стрелял, кому ты нафиг сдался!

Лоренцо Милано, «координатор работ на местности», был такой же высокий и плечистый, как Пасечник, тоже с короткой агрессивной стрижкой, только черноволосый. Когда эти двое встали нос к носу, заходясь в крике и бешено вращая глазами, картина могла бы выглядеть комичной, если бы Пасечник не налился кровью до красноты, заметной даже в сумраке, а фиксер не сопровождал свои вопли бурной жестикуляцией.

Хороший фиксер, как правило, бывший или действующий журналист, у которого на конкретной территории все схвачено. Он может сделать тебе интервью с президентом и после вытащить тебя из тюрьмы, если у президента окажется дурное настроение. Главное в этой профессии — дипломатичность и умение найти общий язык с кем угодно.

Фиксер непробиваемо хладнокровен и неотразимо обаятелен.

— Подумаешь, стрельнули разок! — орал Лоренцо. — А ты уже обосрался!

— Это я обосрался?! Да сами вы обосрались, что ты, что твои хваленые проводники! Дохлой техники боитесь, словно она живая!

— Да-а!!! — сорвался на визг Лоренцо. — Да, мы такие! Запуганные до усрачки! А ты чего хотел? Живем тут, как в фильме ужасов!

— Охренительно соболезную! — ввернул Пасечник.

— Ваффанкуло! — Лоренцо с некоторым опозданием вспомнил свои итальянские корни.