Мертвые игры 3

Мне гораздо проще и понятнее было видеть в тебе золотоискательницу, и я искренне сожалею, что ты еще слишком молода, чтобы здраво смотреть на жизнь и предоставляемые тебе возможности.

Несколько томительно-долгих мгновений ректор молчал, затем тихо и ровным голосом продолжил:"

"— С каждым днем, с каждой ситуацией, я понимаю, что все больше и больше восхищаюсь тобой… Выдержкой, благородством, готовностью отстаивать свои идеалы, умениями артефактора, честностью и способностью ставить жизнь других, выше собственной… В тебя невозможно не влюбиться, Риаллин, и как бы я не пытался перед самим собой оправдать все страстью — не выходит.

Я не хотела об этом слушать. Не хотела слышать. И знать мне так же не хотелось. Не глядя на лорда Гаэр-аша, я поднялась, торопливо начала собирать свои вещи — учебники и тетради, брошенные тут в обед, так как после первой пары я пришла к Норту, и занималась, пока он не вернулся. Из шкафа достала вешалку с платьем и мантией, с полочки сложенные чулки, и…

— Ты всегда стараешься игнорировать то, что не нравится? — прозвучал разгневанный вопрос.

Я швырнула вещи на кровать, развернулась и впервые за последние дни посмотрела в глаза ректору.

Вообще посмотрела на ректора. И даже понимая, что нельзя, категорически нельзя подобное делать, прямо спросила:

— А какой реакции вы ожидаете, лорд Гаэр-аш?!

Он не ответил, лишь мгновенно зло сузились глаза, и губы превратились в две тонкие линии, придавая лицу главы Некроса неимоверно хищный вид, и мне бы умолкнуть, но сдержанность дала сбой.

— Вы — мерзавец! — я проговорила отчетливо каждый звук.

Гаэр-аш плавно поднялся, плавно, но угрожающе быстро, опрокинув стул, и тот с грохотом повалился на пол.

Я содрогнулась, но лишь выше вздернув подбородок, выдохнула:

— Чем на этот раз обернется ваша ярость? Очередными оскорбительными высказываниями в мой адрес? Словами о ваших внезапно вспыхнувших чувствах, за которые вы ненавидите и себя, и меня? Обвинениями в черствости? Или попыткой вновь принудить меня к отношениям, которых я даже не то, что не желаю — боюсь до ужаса!

Лицо лорда Гаэр-аша окаменело от ярости. Но меня уже было не остановить.

— Только троньте! — отчеканила я. — Вот только попробуйте меня тронуть, и клянусь, я…

Договорить не успела! Каким-то неимоверным образом лорд Гаэр-аш оказался вплотную ко мне, одна его рука обвила мою талию, прижимая к телу некроманта, вторая демонстративно медленно провела по моей щеке, и ректор прошептал застывшей мне:

— Тронул.

В следующий миг в тишине комнаты отчетливо раздался звук пощечины.

Я не знаю, как у меня хватило на это смелости. Я даже до конца не осознала, что удар нанесла я, лишь боль в руке была тому прямым подтверждением.