Мертвопись

– Никогда я сукой не был, – начал было сквозь стон говорить киллер, но Лев его снова перебил:

– Это твои проблемы и твои блатные комплексы. Ты не о том думаешь! Ты попал в мои руки. И теперь тот, кто тебя послал, об этом узнает. Нет, не от меня. Он по своим каналам узнает, что ты дело не сделал и попался. Чувствуешь ситуацию? Раз твой заказчик решился на убийство этого парня, значит, все серьезно, и ты теперь для него опасный свидетель. Сообразил, нет? Сколько ты проживешь, если я тебя не захочу защитить? Прикинь сам! А чтобы я захотел тебя защитить, ты мне должен быть интересен. А теперь решай: или поговорим, или я вызываю «Скорую», мы пишем рапорты и забываем о тебе. Следователь возбудит уголовное дело, и тобой займется районная «уголовка». Ну а дальше… сам понимаешь.

Киллер молчал, сжимая руку и болезненно морщась. Но Гуров видел на его лице не только отражение физических мук. Мужчина явно прикидывал свои шансы выжить. И нестерпимая боль сейчас для него, кажется, отошла на второй план. Наконец он решился:

– Что от меня нужно?

– Кто тебя нанял убить этого парня или просто припугнуть?

– Не припугнуть, а конкретно завалить. – Киллер смерил Дубова недобрым взглядом, как будто все еще прицеливался выполнить свою работу.

– Кто заказал его? – методично продолжал задавать вопросы сыщик.

– Не знаю, мне не докладываются, – отрицательно качнул головой киллер. – Мне передал все Мирон. А с кем у него был договор, я не знаю.

– Мирон? – задумчиво переспросил Гуров, сразу вспомнив, что кто-то именно из бригады Мирона в свое время застрелил во время разборки человека из банды Слона. И как раз из того самого пистолета, который оказался в момент попытки самоубийства в руках Светланы Моревой. – Странно. Я что-то не помню, чтобы Мирон раньше такими делами занимался. Он ведь вор, и вором всегда был. Деньги, что ли, кончились?

– А это ты, начальник, у него у самого спроси, – проворчал киллер. – Только уж ты там за меня слово замолви. Я тебе все выложу, а ты за меня скажи, что и как получилось, чтобы он зуб на меня не держал.

– Ты у Мирона давно подвязаешься?

– Долг у меня перед ним с последней отсидки. Помог он мне. А до этого я с ним под Вологдой вместе срок тянул, но это давно было. Чем он сейчас занимается, я не знаю. Зуб даю, начальник. Ты знаешь, у нас вопросов много задавать не принято.

– А тебя как зовут?

– Леха Тульский.

– Леха Тульский, – передразнил его сыщик. – Тебя папа с мамой так назвали? В паспорте как написано?

– Горобец Алексей Николаевич, – поправился раненый. – Только я думаю, у вас в картотеке на меня есть бланк. Можно и не спрашивать.

Гуров продолжал задавать вопросы, а сам думал о том, почему покушение должно было совершиться именно на Дубова.