Месть Акулы

Сазонов выудил из-под куртки прозрачную папку с бланками и чистой бумагой, отыскал нужное постановление и протянул его Михаилу:

— Вот здесь распишитесь.

Пришлось оторвать руки от горла. Пальцы не слушались, Михаил долго читал, часто моргая, а прочитав, покорно вздохнул:

— Ручку дайте, у меня нет. И зачем это нужно?

— Перед началом обыска предлагаю вам добровольно выдать находящиеся в квартире вещи, добытые заведомо преступным путём либо запрещённые к гражданскому обороту: наркотики, оружие… — произнёс Волгин ритуальную фразу.

— Какое здесь оружие? — Михаил поставил закорючку на нужной строчке бланка.

— Значит, ничего запретного у вас нет?

— Ищите. Что найдёте — все ваше.

— В квартире имеются вещи, не принадлежащие вам или Каролине Шажковой?

— Навалом. — Михаил указал на дверь в конце коридора. — Там хозяйка, когда уезжала, заперла своё барахло. Ключа у нас нет. А всё остальное — моё и Принцессы.

— Кроме мебели, — строго уточнила женщина-понятая, и Михаил кивнул:

— Конечно, мебель тоже не наша.

Начали с коридора. Катышев участия не принимал, стоял, заложив руки за спину, разглядывал поочерёдно то гравюру на стене, то Михаила, который, было похоже, хотел задать много вопросов, но сдерживался.

Может, стеснялся соседей или не рассчитывал на откровенность ментов. А может, сам знал все ответы и боялся проколоться, ляпнув что-то такое, чего ему как будто бы знать ещё рано, то, что пока знать может только убийца. Стоял молча, бледный до синевы, подпирая спиной дверь кладовки. Острый кадык на его шее дёргался, губы тряслись, а рукам он так и не смог найти достойного места. Скрещивал их на груди, совал в карманы брюк, складывал на затылке, понуро опустив при этом голову, или принимал позу футболиста перед пенальти. Тяжёлый взгляд соседки он выдерживал в неподвижности меньше минуты, после чего всякий раз шумно вздыхал и менял позу.

«Похоже, парень не при делах, но о чём-то догадывается, — пришёл к выводу Волгин. — Может, и не знает, кто стрелял, но мысли о причинах убийства имеет»,"

"Вешалку заменяли оленьи рога, прибитые к стенке справа от входа. Акулов молча указал на короткое чёрное пальто, висевшее поверх женской шубки в чехле. На металлической полочке рядом с рогами лежали шапка-«формовка» из тёмного меха, вязаная шапочка и кепка.

Присев на корточки, Акулов выбрал из ряда обуви мужские утеплённые ботинки, потрогал, перевернул. Кожа пятки и мыска была влажной, рисунок подошвы в общих чертах совпадал с тем, который остался на снегу возле дома Виктории.

— Ты сегодня куда-нибудь ходил? — спросил Андрей, выпрямляясь.

Михаил заметно промедлил с ответом:

— Час назад вернулся из магазина.

— Что покупал?

— Сигареты.

— Покажи.

— В кармане пальто. — Михаил скрестил руки на груди.