Месть по-царски

– А ну, собачий сын, вставай, да быстро!

– А? Э‐э, – пробормотал купец.

– Не понял?

Осип еще раз ударил его ногой.

Купец наконец пришел в себя. Испуганно проговорил:

– Кто вы? Разбойники? Я сам отдам все, тока не убивайте.

Горбун схватил его и рывком поставил на ноги.

– Разбойники? Ты кого, пес шелудивый, разбойниками назвал?

– А кто вы?

Подошел Савельев, опустился на лавку у стола.

– Ответишь на вопросы, будешь жить, не тронем, соврешь – прибьем. А кто мы?

Савельев достал царскую грамоту, сунул ее под нос купца.

От свеч в опочивальне стало светло, зрение у купца было хорошее, читать обучен.

Посмотрел грамоту, раскрыл рот.

Горбун ладонью захлопнул его.

– Ну чего пасть раззявил? Понял теперь, кто к тебе пришел?

– Воевода особой царской дружины? Князь? И ко мне? Пошто?

– По то.

Савельев встал напротив купца.

– Слушай сюда, Акулин, мне известно, что ты приятельствуешь с князем Ростовым, который виновен в смерти царевича Дмитрия, старшего сына царя всея Руси. Мне известно, что Ростов иногда бывает у тебя, до того засылает сюда гонца. Мне известно, что и сейчас Ростов рядом с Псковом. Но мне неизвестно, где точно находится его лагерь.

Ты же ведаешь. И не говори, что это не так. Где починок, на котором гуляет Ростов с молодой бабой и стражей малой?

Купец икнул, дернулся:

– Ростова князя, Василия Юрьевича, знаю, врать не буду, он приезжает в Псков, ко мне, может, к кому другому, но я не знал, что он причастен к убийству младенца-царевича.

– Плевать, знал ты или нет. Где починок, на котором сейчас Ростов?

– Не ведаю. Хочешь верь, хочешь нет. Ты прав, где-то рядом, но где? То и для меня тайна.

– Врешь. Тебя глаза твои воровские выдают.

– Правду молвлю, князь.

Вперед вышел Горбун с шестопером и без слов ударил купца булавой с «перьями» из металла. Хоть и слегка бил ратник, но уж больно оружие грозное. Хрустнули ребра. Купец схватился за бок. Застонал от боли. Кричать не решился. Не дай Бог, не так поймут эти наделенные безграничной властью…

– Пошто бьешь-то?

– Это я тебя погладил, купец, следующий раз ударю как след, лекарям много работы будет.

– Но за что?

– Князь же молвил, не ври, а ты врешь. Слушай, торгаш, не зли меня, скажешь правду – останешься цел.

– Ага, а ребра уже сломал.

– То заживет быстро. Ну?

Он поднял шестопер.

– Ладно, ладно, скажу. Хотя за это Ростов обещал с меня три шкуры спустить.

Горбун усмехнулся:

– Где б еще взять эти три шкуры? А одну я тебе быстро порву.

– Князь, – обратился купец к Савельеву, – убери этого душегуба.

– Хорошо.

Князь кивнул Горбуну:

– Отойди, Осип, к двери. Там жди.

– Слушаюсь, князь.

Ратник отошел. Савельев сказал:

– Ты не шути, купец, – князь указал за спину, – если соврешь вдругорядь, он тебя так отделает, что и жена родная не узнает.