Месть женщины

— Значит, я что-то перепутала, — пробормотала вконец сбитая с толку Синтия и опустила глаза в вазочку с мороженым.

— Ты знаешь этого Гарнье? — спросил у сестры Мейсон. — Я бы не советовал тебе поддерживать с ним знакомство. Грязный тип, хотя и очень веселый компанейский парень. Он гостит у Крауфордов — учится вместе с Хью в Йеле. Думаю, после его отъезда кое-кто из горничных Бена Крауфорда почувствует себя в интересном положении.

— Что ты несешь! — воскликнула Луиза Маклерой и возвела к потолку террасы свои искусно подведенные лазурью с блестками глаза. — Насколько я помню, у Бена Крауфорда все до единой горничные черные. Неужели мужчина способен… любить чернокожую девушку?

— Тетя Луиза, ты живешь в мезозойской эре! — воскликнула Диана, кузина по отцовской линии. — Посмотри, даже у нас, на Юге, полным-полно черных проституток, не говоря уж о Нью-Йорке и Западном побережье. Белые мужчины считают их замечательными любовницами. Я читала в последнем «Пентхаузе», что их вагина обладает способностью сжиматься.

— Диана, ты забыла, где находишься! — негромко, но достаточно возмущенно воскликнула Луиза Маклерой. — Тем более Син еще совсем ребенок…"

"Синтия не спала всю ночь. Сейчас она хотела Арчи как никогда раньше, но она так страдала. Ведь в ее сознании образ красавца-плейбоя Арчи Гарнье уже почти успел слиться с романтически неземным обликом Эшли Уилкса. И если она могла представить Эшли, занимающегося любовью со Скарлетт О’Хара в седле скачущей во весь опор лошади, но уж никак не могла вообразить его, задирающего подол юбки темнокожей горничной Бена Крауфорда.

Она решила не пропускать очередного свидания, хоть и поверила тому, что сказал про Арчи брат, безоговорочно и даже удивилась, как не догадалась об этом раньше. Теперь она припоминала кое-какие его фразы, и то, что однажды от него пахло дешевым жасминовым одеколоном, которым пользуются черные, и что заметила у него как-то на шее кровоподтек, он же рассмеялся и сказал, что это ее, Синтии, зубов дело. Нет, она не могла сделать это даже в экстазе, зато черные слуги в их доме часто ходят с такими же кровоподтеками на шее и плечах.

— Син, ты сегодня слишком серьезная, — сказал Арчи, целуя ее живот и бедра. — Может, у тебя неприятности? Скажи мне.

— Родители догадались, — сказала Синтия. — Приперли меня к стене, и я во всем призналась. Только ты мне соврал про тетку и моего отца.

— Ну да, мне в тот момент не хотелось, чтобы ты им про меня рассказала. Я думал, у нас с тобой на несколько дней.

— А разве это не так? — удивленно спросила Синтия. — Скоро кончится лето, а с ним и наша… любовь.

— Ты ошибаешься, малышка. Она только начинается. Дело в том, что я… Ну да, я собираюсь просить у мистера и миссис Маклерой твоей руки.