Месть женщины

Ведь до этого проходимца наверняка ничего не дойдет, когда он узнает о ее, Синтии Маклерой, помолвке с Томасом Голдсмитом. Расстроится на каких-нибудь десять минут, потом распушит хвост перед этой толстой дурой Эйлин. Может, там у него что-то и выгорит — такую образину, как Эйлин, впору выставлять в пыльной лавчонке в гетто для чернокожих и белых голодранцев.

Синтия напилась еще до того, как огласили их помолвку с Томми Голдсмитом. Однако она заметила, как вздрогнул Арчи Гарнье — он стоял напротив нее с бокалом шампанского в руке, улыбался ей то и дело и несколько раз пытался подмигнуть. Теперь его лицо превратилось в застывшую маску.

— Поздравляю, — сказал он, склонившись над ее рукой. — И добавил шепотом: — Отныне я спокоен за вас, мэм.

От прикосновения его горячих пальцев у Синтии на мгновение сжалось сердце, но она тут же представила, как Арчи задирает юбку Сарре, старшей горничной Крауфордов, этой толстогубой девице с черно-лиловой кожей, как заваливает ее на землю…

— О да, мой будущий муж очень богат, — сказала Синтия. — К тому же он настоящий южанин, и если ему захочется мне изменить, он найдет для этой цели белую проститутку.

Потом Синтия ходила от одной группы гостей к другой, без Томми, разумеется, но с бокалом коктейля в руке и, вихляя бедрами, весьма недвусмысленно улыбалась мужчинам и поглаживала по бедрам женщин.

Толстушку Эйлин Крауфорд она знала с детства. Та вечно приставала к ребятам, чтобы поиграли с ней или покатали на пони, а потом, когда подросла, чтоб сводили на танцы. Почти все от нее делали ноги.

Синтия подошла к Эйлин, наряженной в трехступенчатое платье в крупный горошек. Похоже, она еще раздалась с тех пор, как Синтия видела ее прошлым летом. Правда, в глазах двоилось от коктейля.

— Эйли, голубушка. — Она повисла на плечах у толстушки, щекоча своим разгоряченным дыханием ее аккуратное розовое ушко с бриллиантовой капелькой-сережкой. — Как ты думаешь, у этого Арчи… как его… ну того, что у вас гостит, водятся деньги?

— Понятия не имею, — пробормотала Эйлин, смущенно отводя глаза. — Он… я его почти совсем не знаю. Хью считает, он… далеко пойдет.

— В этом я нисколько не сомневаюсь. — Синтия пьяно хихикнула и нарочно наклонила стакан с коктейлем таким образом, чтобы несколько капель холодной темно-красной жидкости капнуло на молочно белую грудь Эйлин. — Прости, голубушка. Понимаешь, мы с этим типом только что… Ну, словом, он трахнул меня, и мне оч-чень это понравилось. — Для пущей выразительности Синтия вильнула бедрами и провела левой ладонью между ног. — Потрясающий чувило. Представляешь, у него оказался такой длинный сучок, что я думала, он насадит меня на него, как свинью на вертел.