Метель

Так ведь?

– Мань, я же ему рассказал, какая ты у меня умная, красивая, воспитанная…

– О-о-о, – не могу сдержать эмоций, – теперь Алексей решит, что Ефрем Ильич наглым образом его обманул. Потому что наша с ним беседа мало походила на разговор воспитанных людей.

– Так ты сама на него накинулась. Он вообще-то извиниться пришёл.

– Ну знаешь… – задыхаюсь от возмущения.

Интересно получается: пострадала я, а дедушка выгораживает Сказочника. Мало кто способен расположить Ефрема Ильича к себе, а тем более заполучить его в качестве защитника. Не так прост этот самый Алексей, и уверена, дедушка понятия не имеет, что он собой представляет на самом деле. Необходимо расспросить местных, которые контактировали со Сказочником.

– Это тебя в Москве так научили: при знакомстве с человеком сразу нападать на него?

– Деда!

– Я тебя не так воспитывал, – выставляет ладонь, останавливая тем самым яростную тираду, готовую сорваться с моих губ. – Извинения Алексея необходимо принять и конфликт закончить. Я всё сказал, – разворачивается и необычно бодрым шагом покидает мою комнату.

Обалдеть! Не верю сама себе, когда прокручиваю каждое слово, силясь смириться с выводами деда. Неожиданно и неприятно. И, чтобы доказать, что его драгоценный Алексей – примитивная подделка, решаю сделать всё, чтобы заставить мужчину показать своё истинное лицо.

Глава 7

Алексей

Ну точно бешеная!

Срываюсь с места, не разбирая дороги и направления. Вспоминаю, как утром прошёлся по знакомым и расспрашивал о девушке со светлыми волосами, которая шла в сторону Олимпийской, в надежде, что хоть кто-то подскажет, кого мне искать. Вспомнил про Ильича, который знал всех и каждого. И что? Встретил ту самую в его доме.

Внучка. Та самая Маша, о которой он мне поведал с десяток историй за последние несколько лет. Так расписывал достоинства, что в какой-то момент во мне вспыхнуло непреодолимое желание познакомиться с этой замечательной девушкой. Познакомился… Усмехаюсь, встряхивая головой и вспоминая наш эмоциональный разговор с её обвинениями и моими, уже никому не нужными, извинениями.

Неожиданно для себя самого завёлся и не смог остановиться, сжигаемый серебристым огнём. Дай ей волю – уничтожила бы. С ней нужно аккуратно, в противном случае могу не вернуться в Москву. Или не вернуться целым.

Но с другой стороны, Маша, неожиданно и не вовремя, зажгла внутри необъяснимое и пока для меня непонятное чувство, заставляющее звенеть внутренности.

Проехав несколько улиц, останавливаюсь, осматриваясь по сторонам и желая понять, в какой части посёлка оказался. Обхватываю руль, утыкаясь лбом в ладони и воссоздавая каждое слово, вылетевшее из уст девушки.