Метель
Жизнь в столице затянула в стремительный водоворот, отнимая всё время и силы, оставив незаполненной нишу под названием "личная жизнь". И кто бы мог подумать, что по возвращении домой по причине болезни родного человека счастье встретится на моём пути в обличье бородатого несносного и язвительного незнакомца. Вот только, несмотря на разногласия между нами, нравится он мне настолько же сильно, насколько и раздражает, а стать ближе поможет метель, отгородив снежной завесой от мира и толкнув в объятия друг друга.
Росомаха – нечто иное. Ни один охотник не желает такой встречи, если, конечно, не охотится целенаправленно на этого зверя. Во всех остальных случаях лучше обойти стороной и вообще не встречаться. Но нам со Сказочником не повезло, точнее, мне. Он её так и не увидел.
Успокаиваюсь, выравнивая дыхание, и прикидываю, в какую сторону двигаться, чтобы не затронуть владения росомахи. Осталось около двадцати ловушек, а через два часа начнёт темнеть. Отстраняюсь от мужчины, возвращаюсь к снегоходу. Не смотрю на него, потому что момент нежности создаёт между нами неловкость и ненужные проблемы.
– Поехали, – забираюсь на снегоход и показываю Сказочнику, чтобы он сделал то же самое.
Следует моему примеру, и я направляюсь в противоположную сторону от того места, где мы повстречались с росомахой.
Два настила из толстых досок под каждой из стен. Их разделяет узкий столик, установленный на брус. Над ним небольшое окошко, через которое проникает днём свет. Возле двери печь с широким дымоходом. Имеются посуда, чайник, супы быстрого приготовления, несколько упаковок спичек и даже пачка салфеток. Только тапочек и халата не хватает. Интересно, чьи это срубы? К оснащению подошли с умом.
Ещё в момент, когда загоняла снегоход, обратила внимание на заготовленные дрова под навесом. Набираю столько, сколько могу унести, и Сказочник делает так же.
– О, вернулись! – приветствует Москвич, удобно расположившись на настиле.
Хмельной блеск в глазах даёт понять, что Алёна, видимо, собрала Сергею хороший паёк, и сейчас у мужчин накрыт богатый стол. Сомневаюсь, что Женя, который не позаботился о ружье, подумал о своём желудке.
– Будешь? – Горохов протягивает Сказочнику кружку с коньяком, а тот почему-то посматривает на меня, словно ждёт одобрения.
– Ему можно, – улыбаюсь.

















