Мифические личности

Кроме того, если бы я удержал процент от стоимости, а девол взял бы да и не стал продавать птаху, то мы бы не получили с этого и десяти золотых.

— Никогда не слышала от вас подробностей, — сказала Тананда, — но судя по всему, что до меня дошло на улицах, это действительно произвело впечатление на всех обитателей Базара. Большинство считает, что помочь доставить общественности редкую птицу за всего лишь малую долю своих обычных гонораров — это мастерский рекламный ход для самого ходового мага на Базаре. Это показывает, что он — нечто большее, чем бессердечный бизнесмен… Что он действительно не прет на народ.

— А чем, собственно, плохо быть бессердечным бизнесменом? — фыркнул Ааз. — Как насчет другого парня? Все считают его злодеем, и он плакал всю дорогу до банка, и ушел на покой благодаря прибыли с одной этой продажи.

— Если няня жутко не обманула меня, обучая арифметике, — перебил Корреш, — то по моим рассчетам ваш текущий банковский счет может проглотить прибыль этого малого и там еще останется место для обеда. У тебя есть какая-то причина так усердно запасать золото, Ааз? Ты собираешься уйти на покой?

— Нет, не собираюсь уходить на покой, — отрезал мой партнер.

 — А ты совершенно упускаешь суть дела. Деньги не главное.

— Неужели?

Думаю, все ухватились за эту реплику одновременно… Даже Пепе, знавший Ааза совсем не так долго.

— Конечно, не они. Золото всегда можно достать еще. А вот время ничем не заменишь. Мы все знаем, что Скиву предстоит еще проделать долгий путь в области магии. Но остальные из вас постоянно забывают, какая небольшая продолжительность жизни находится в его распоряжении… возможно, лет сто, если ему повезет.

Я всего лишь пытаюсь дать ему максимум возможного времени для обучения… а это означает — не давать ему тратить большую часть своего времени на грошовые приключения. Пусть ими занимается всякая мелюзга. Мой партнер не должен отрываться от своих занятий, если не наклевывается какое-то ДЕЙСТВИТЕЛЬНО эффектное задание. Способное посодействовать его репутации и карьере.

Наступило долгое молчание, пока все переваривали сказанное, особенно я.

С тех пор как Ааз принял меня как полноправного партнера, а не ученика, я имел склонность забывать о его роли моего учителя и импрессарио. Мысленно оглянувшись теперь на прошлое, я увидел, что на самом-то деле он и не думал расставаться с этой обязанностью, просто стал действовать более скрыто. Вот не поверил бы, что такое возможно.

— А как насчет данного конкретного грошового приключения? — нарушила молчание Тананда.