МИ (Цикл)

Ричард обхватил руками колени. Он повернулся к Кэлен. Красный отблеск огня отразился в его спокойных глазах.

— Я мысленно повторял свою речь, но как только ты вошла, у меня все вылетело из головы. — Он опять улыбнулся. — Извинения приняты.

Она почувствовала облегчение, ее сердце таяло. Она бросила на него взгляд из-под ресниц.

— А речь была хороша?

Его улыбка стала шире.

— Да. По крайней мере так мне казалось. Впрочем, не уверен.

— У тебя это хорошо получается. Старейшины перепугались до смерти. Да и Птичий Человек тоже. — Она потянулась и надела ему на шею свисток.

Ричард потрогал свисток.

— Что это?

— Подарок Птичьего Человека. Он просит прощения за то, что пытался вынудить тебя это сделать. Он сказал, что тоже не имел на это права. Подарок — благодарность за то, что ты открыл ему глаза. Завтра он покажет, как им пользоваться. — Кэлен повернулась спиной к очагу и подвинулась поближе к Ричарду. Ночь выдалась на удивление теплой. В хижине было жарко от огня, горящего в очаге. У Ричарда кожа блестела от пота, и потому узоры на груди и на руках придавали ему дикий и первобытный вид. — Ты умеешь открывать людям глаза, — смущенно пробормотала она.

 — Думаю, тут не обошлось без магии."

"— Может, и не обошлось. Зедд ведь говорил, что хороший трюк порой срабатывает лучше любой магии.

Его голос находил отклик в самых глубинах ее души, заставляя ощущать собственную беспомощность.

— А Эди говорила, что ты владеешь магией языка, — прошептала Кэлен.

Он испытующе посмотрел на нее. Этот взгляд пронзил ее своей силой. У Кэлен перехватило дыхание. Откуда-то издалека доносился непрекращающийся звук болда. В очаге мерно потрескивали поленья. Никогда еще Кэлен не ощущала такого успокоения, такой безопасности и такого напряжения.

И все одновременно. Она растерялась.

Кэлен отвела взгляд от его глаз. Теперь она словно ласкала глазами каждую черточку его лица, очерчивая изгиб переносицы, ощупывая выступающие скулы, обводя линию подбородка. Взгляд остановился на его губах. Внезапно Кэлен почувствовала, что в доме духов слишком жарко. У нее слегка закружилась голова.

Вновь поймав взгляд Ричарда и уже не отводя глаз, она вынула из кармана яблоко и неторопливо, с хрустом, вонзила зубы в сочную мякоть.

Серые глаза смотрели на нее в упор.

Повинуясь внезапному порыву, она грациозно поднесла яблоко к губам Ричарда и держала до тех пор, пока тот не надкусил его. Если б он только мог вот так же прижаться губами к ее губам, мелькнуло у нее в голове.

А почему бы и нет? Или она так и умрет в поисках, и ей не дозволено будет ощутить себя женщиной? Или она должна только сражаться? Сражаться за счастье всех и каждого, но не за свое? Все Искатели погибают слишком быстро. Так было даже в лучшие времена. А нынешние — совсем не лучшие.