Михаил Карпов

— Представьтесь уважаемому собранию, господа! — громогласно объявил ведущий — Как звать эту прекрасную леди, которая достойна украсить любую сцену любого клуба нашей страны?

— Ольга Фишман! — смущаясь, сказала Ольга, и взяв меня под руку, добавила, улыбаясь во все своих тридцать два белых, как снег зуба — Я секретарь вот этого джентльмена, имя которого… (Она сделала паузу. Чертовка! Артистка хренова!) Майкл Карпофф! Писатель-фантаст! Тот, кто дважды победил Мохаммеда Али!

Это было просто… даже не знаю, как это назвать! Зал взорвался! Зал орал так, как не орал наверное никогда! А потом начал скандировал: «Кар-пофф! Кар-пофф! Кар-пофф!» Свист обжигал уши, даже ведущий рядом со мной на сцене орал и свистел, подпрыгивая на месте так, что я боялся — еще один прыжок, и галстук-бабочка с его груди останется лежать на сцене!

— Майкл Карпофф! Нас посетил Майкл Карпофф!

О господи… я и не ожидал, что в каком-то там ночном клубе Вашингтона ТАК знают русского писателя Карпова! Вот на самом деле — это было потрясно!

Конечно они скорее всего знали не писателя Карпова, а бойца Карпофф, победителя Мохаммеда Али… но все равно приятно.

Да, я тоже человек! И ничто человеческое мне не чуждо! Тщеславие, это конечно грех… но маааленький такой… отмолю! Хе хе…

Зал еле успокоился. А меня повели к директору клуба, где попросили разрешения сфотографироваться вместе с нами, и потом повесить фотографию в холле клуба рядом с другими знаменитостями, которые клуб посещали за все годы его существования. Конечно же, я не отказал в этой просьбе.

А потом мне попытались вернуть деньги, которые я отдал за ужин в клубе. Я отказался, и попросил, чтобы все эти деньги отдали куда-нибудь на благотворительность — кроме тех денег, что пошли на чаевые официанту.

Должен же персонал как-то зарабатывать?

Призом оказался небольшой бочонок с пивом, который я тут же попросил открыть в зале и раздать пиво по бокалу всем желающим — пусть выпьют за здоровье русского писателя и его красивой спутницы. И пускай к бочонку добавят еще два — чтобы на всех хватило. Я оплачу!

Уходили мы под радостные крики посетителей, накачивающихся моим пивом. Пусть себе… не обеднею. А они потом разнесут слухи о щедром русском писателе-миллионере, который посетил их скромную вечеринку.

И все это точно окажется в газетах. А что лучше такой рекламы? Только другая такая реклама.

Снова в белый лимузин, и по ночным улицам, к отелю. Ольга сидит на кожаном диване вытянув ноги и полуприкрыв глаза. Заметила мой взгляд, улыбнулась, потянулась, как большая кошка:

— Спасибо, шеф! Это было классно! Я почувствовала себя такой… развратной! Такой распущенной девкой! Аж понравилось! Хи хи хи…

Я расхохотался. Вся ее распущенность в том, что она вышла в блузке без лифчика.