Михаил Карпов

Надо же отрабатывать Героя и орден Ленина! Странное ощущение — я Герой Советского Союза! Долларовый миллионер! Хочется ржать до упада, и… немножко плакать. Очень уж я уважаю эту награду… заслужил ли я ее? Хмм… а почему — нет? А сколько я спас людей, уберег их от катастроф? А предатели родины, о которых я сообщил руководству страны? Да только одна спасенная жизнь Нади Курченко стоит награды! Нет, я все-таки заслужил, ей-ей заслужил.

— Можно?

За своими мыслями я не услышал стук в дверь, и очнулся только тогда, когда в комнату осторожно, опасливо просунулась голова Ниночки.

— Проходи, Нинусик… садись! — я показал Ниночке за кресло, в котором только что сидел Симонов — Как ты?

— Да я-то хорошо! Учу текст, произношу, тренируюсь. Ты-то как? Кто это был? Из посольства? Так и мечтают тебя заполучить назад?

— Мечтают — кивнул я, и не выдержав, сказал — Мне я наградили золотой звездой героя И орденом Ленина. Так что теперь ты спишь с Героем!

— Да ладно?! — Ниночка тихонько охнула — За что?! Я думала, звездой героя награждают за какой-то подвиг на войне!

— Ну вот… наградили — пожал я плечами — а за что, то есть государственная тайна.

Может за то, что я целую тебя хорошо! Стоит это звезды героя?

— Разве можно шутить такими вещами? — Ниночка укоризненно помотала головой, и я сконфуженно вздохнул:

— Ты права. Не стоит. Ладно, давай поговорим о другом. Как тебе Ольга?

— А что — мне? — фыркнула Ниночка и подмигнула — Главное, чтобы тебе нравилась! Гарем хочешь из нас устроить?

— Я серьезно спросил!"

"— А серьезно — хорошая девчонка, славная. Не задавака, хотя столько языков знает. Очень тебя уважает, и похоже — слегка в тебя влюблена.

Вот я и говорю — ты что, гарем решил устроить?

— Мне и тебя хватает. Иногда тебя даже слишком много! — фыркнул я, и махнул рукой — Иди, зови Ольгу. Работать надо. Выбил меня из колеи этот… соплеменник.

Все трое — Пабло, Ниночка и Лаура уехали в Голливуд в марте 1972 года, и мы остались вчетвером — я с Ольгой, и Серхио с Амалией — отец и мать Лауры, которые работали у меня и садовниками, и дворниками, и поварами, и охранниками.

Серхио был крепким, жилистым мужчиной, решительным и сильным, который в случае чего не постесняется пустить в ход свой короткий дробовик, с которым он не расставался ни на минуту.

Амалия тоже прекрасно стреляла, благо что я настаивал на том, чтобы все мои работники хорошо владели огнестрельным оружием. Мало ли как оно в жизни сложится, времена-то сейчас смутные!

Серхио с Амалией, как и Пабло с Лаурой жили в гостевом доме, оборудованном по типу гостиничных номеров, или скорее — небольших двухкомнатных квартир. Вполне достойных квартир, со всеми удобствами.